Секретные поручения 2. Том 2

Подполковник Суровец вышагивал метрах в двадцати с рацией в руках, отчитывался перед начальством и громко выяснял, какого рожна добытую дичь грузят в машину Конторы, а не в его, Суровца, транспорт."

"Ветер гнал над Тиходонском низкие тучи, и редкие, одинокие, как разведчики большой снежной орды, пикировали на землю снежинки. Денис заметил, что испачкал куртку, доставая сигареты и зажигалку из кармана – вся левая нижняя сторона в пятнах грязи. Он посмотрел на свои руки, и тут же представил, как будет ворчать мать.

– Так ты с нами едешь или как? – крикнул ему из фургона Мамонт.

Суровец и его люди повернулись на крик, посмотрели сперва на Мамонта, потом на Дениса. Из переулка, неуклюже раскачиваясь на разбитой дороге, выполз второй «Форд».

– С вами! – ответил Денис, выплюнул окурок и заспешил к машине.

* * *– Так дела не делаются, – с мягким упреком заметил Рахманов. – Это не Киргизия, и не остров Тимбукту… И не Гаити.

Чем-то очень не нравился прокурору остров Гаити.

– Я все понимаю, – сказал Константин Мамонтов, поскольку спорить с очевидным было бессмысленно: они действительно находились не на Гаити. – Но городская прокуратура не занимается агентами иностранных разведок.

– А кто сказал, что Журбинский – шпион? – удивился Рахманов. – Вернее, кто это доказал? Пока что он подозревается в организации трех убийств. А это дело находится в ведении прокуратуры.

Мамонтов на несколько секунд отнял трубку от уха, выразительно посмотрел на сидящего перед ним Дениса и выругался одними губами.

– И он будет сидеть в вашем СИЗО в общей камере? – непочтительно рявкнул Мамонтов. – Откуда буквально недавно сбежали двое подозреваемых?

– Товарищ майор, – прокурор сделал жирное ударение на звании Мамонтова. – Тут уж как получится. До сих пор этого барашка пасли мы, прокурорские. И будет логично, если плов из него варить будем тоже мы.

– А я почему-то был уверен, что вы вегетарианец, Евгений Николаевич, – сказал Мамонтов.

– Что вы имеете в виду? – насторожился прокурор.

– Скажем так: я имею в виду отсутствие интереса к этому делу. Извините за прямоту. Петровский копал его на свой страх и риск, получая от вас только устные выговоры. И лишь когда был убит ваш сотрудник, когда к делу подключилось ФСБ, у вас вдруг проснулся аппетит. Вот это я и имею в виду.

Рахманов ответил не сразу.