Секретарь лорда Демона

Но кто же пойдет против богини?! Присяжные заерзали на местах, опасаясь попасть под гнев бессмертной.

– Молчишь? – богиня окатила эльфа презрением. – Любовь – это глупость… Кхм… А чего же ты ночами, лежа в своей холодной постели, взываешь ко мне и просишь согреть твое черствое сердце? Нет. Не дорос ты еще до настоящей любви. И в наказание за твое высокомерие, пренебрежение и двуличие я оставлю тебя при этой должности еще на два столетия. Разбирайся в чужих грехах, коли собственных в упор не видишь. Может, и прозреешь когда-нибудь.

Как только она произнесла эту фразу, над эльфом появилась маленькая грозовая туча и как дала разрядом молнии прямо в темечко. Прокурор закатил очи и разинул рот.

На трибунах и вовсе повисла гробовая тишина. Испугалась и демонесса. Она обхватила руку своего тролля и прижалась к нему. Знала, что он не даст ее в обиду.

Богиня заметила ее жест и просияла.

– Я не ошиблась, мой дорогой привратник. Тебе нравится женщина, которую я приберегла для тебя?

– Да, богиня.

– И никогда не забывай об этом! – Изящные ножки Камилы коснулись мраморного пола. – Ты достоин любви.

Она прошлась вперед. Присяжные тихо зашептались. Один жест, и конвоиры отпрянули от пары. Окончательно затерялся среди них и гном. С небес полился мягкий алый свет. Он не слепил и не казался раздражающим. Теплый и ласковый, словно последние закатные лучики солнца.

– Я слышала твои мольбы, Трояр из рода Даварков.

Выражение ее лица стало добрым и ласковым.

Народ с трибун подался вперед. Гул нарастал, а Камилу все это только забавляло.

– Они не слышат, – пояснила она, глядя на демонессу. – У этих существ свое наказание – вечно рыться в чужом грязном белье, бесконечно осуждать, выслушивая все новые и новые истории жизней, и не быть способными прекратить это.

Демонесса кивнула, вспоминая свое окружение с самого раннего детства. Завистники, ждущие, когда она оступится, чтобы понести треп о ней. Крики отца, каждый раз, как ему доносили о малейшей ее провинности. Порой придуманной кем-то.

– Я знаю, как тяжело тебе было.