Седьмая жертва

Или ей кажется? Да нет, ошибки быть не может, эту круглую картину-рондо она разглядывала много раз после того, как Ирочка вспомнила насчет рыбы, пожирающей человека. Поднеся коробку к самым глазам, Настя стала вчитываться в набранную мелким шрифтом аннотацию: «… полицейское расследование серии кровавых убийств, совершенных маньяком. Каждое убийство «наказывает» жертву за определенные смертные грехи – В Библии описано семь таких грехов…» Фильм так и называется «Семь». Перевернув коробку, Настя увидела перечень грехов: Чревоугодие, Алчность, Леность, Гордыня, Гнев, Похотливость, Зависть.

Вот черт! Неужели она нарвалась на такого же психа?

Стоп, не надо поспешных выводов, посмотрим, что мы имеем. Надежда Старостенко, бывшая балерина, ныне опустившаяся пьяница. Какой у нее грех, за который ее мог бы наказать Шутник? Вероятно, похотливость. Сведения, добытые Сережей Зарубиным, говорят об этом достаточно красноречиво. Геннадий Лукин. Трижды судимый за хулиганство и грабежи. Таких грехов в списке нет.

Не алчность же сюда приплетать… Нет, конечно, совершенные им преступления свидетельствовали не о корыстолюбии, а скорее о глупости и вспыльчивости, когда бьешь по морде первого, кто под руку попадается, и хватаешь то, что плохо лежит.

Какой же грех у Лишая?

Настя вскочила с кресла и снова включила компьютер. Найдя сведения об убийстве Лукина, пробежала их глазами. Перед смертью плотно поужинал. А вот и перечень блюд, составленный на глазок Сережей Зарубиным после посещения ресторана, в котором за тридцать минут до гибели поужинал Лукин.

Да, плотно поужинал – это мягко сказано. Если бы речь шла не о покойнике, можно было бы сказать «обожрался». Похоже, грех Лукина – это чревоугодие. Но с натяжкой, с большой натяжкой… Разве про бомжа, подбирающего объедки на помойках, повернется, язык сказать, что он чревоугодник? Бред! Он постоянно недоедает.

А вот убийца явно спровоцировал его, дал денег, повел в ресторан, сказал:

«Ешь, чего душа пожелает». Душа Лукина пожелала многого, но это ведь от голода, а не от обжорства.

Значит, Шутник не наказывал беднягу Лишая, а всего лишь использовал его для демонстрации той картинки, которая ему была нужна. Ну и мразь! Был бы честным психом, возомнившим себя палачом и учителем человечества, еще бы ладно. Но действовать так цинично…

Что дальше? Валентин Казарян. Если верить тому, что про него рассказала бывшая жена, здесь речь идет о грехе гордыни.

Серафима Антоновна? Грех алчности.

Что же остается? Леность, гнев и зависть.