Седьмая жертва

Нет, Сережа, у него что-то другое на уме. Понять бы его, тогда легче было бы.

Понять бы его… Вариантов на самом деле только два. Либо он оставляет деньги, потому что это для него важно, это выражает какую-то идею, либо никакой идеи нет, просто он хочет окончательно запутать следствие и заморочить всем голову. То же самое с рыбками. Зачем они? Чтобы выразить ту мысль, о которой говорила Ирочка, или чтобы усложнить мозаику? Если бы можно было придумать идею, которая связывала бы керамическую рыбку с пластмассовым пупсиком и деньги на похороны!

Рыбки одинаковые, а пупсики разные.

О чем это говорит? Если Шутник заранее приготовился к задуманным преступлениям и купил сразу несколько одинаковых рыбок, то он и пупсиков купил бы сразу, и, вероятнее всего, они, как и рыбки, были бы одной модели. Однако все не так. Выглядит, словно рыбки у него уже были, а пупсиков он покупал в разных местах. Почему не в одном и сразу? Видимо, боялся, что мужчина, покупающий с десяток одинаковых куколок, может если не вызвать подозрения, то просто запомниться продавщицам. А Шутник продавщиц боится, это точно, случай со Старостенко это наглядно показал. Эксперты утверждают, что рыбки сделаны в Мексике, но были ли они в продаже в России – установить практически невозможно. Запросы во все организации, ведающие импортом, сделаны, но ответы придут еще неизвестно когда, и при этом нет полной уверенности, что ответы эти будут исчерпывающими. В таможенных документах указано «Сувениры», а какие конкретно? Даже если где-нибудь будет написано «Сувенир «Рыбка керамическая», то совершенно не факт, что это именно такие рыбки. Не говоря уж о том, что кто-то мог просто привезти целую упаковку рыбок в собственном чемодане и нигде ее не декларировал, потому что ввозил не для продажи, а для подарков. Кстати, этот кто-то мог быть и Шутником.

А что, это мысль! Шутник бывал в Мексике – это уже кое-что. Хоть и плохонький, а признак.

Из комнаты послышалось треньканье телефона. Настя вскочила, забыв о темноте, и тут же у входа в комнату натолкнулась на стройматериальный Эверест.

От растерянности она никак не могла вспомнить, как что лежит, телефон звонил, и она боялась, что это что-то срочное и важное, а она не успеет снять трубку. Сделав два осторожных движения, она протиснулась между рулонами обоев и банками с краской, и в тот момент, когда ей показалось, что самое трудное уже позади, споткнулась о сложенные на полу плинтусы и рухнула вниз.