На одном дыхании!

Вот так-то, милая журналистка Олечка, живущая с мамой! Вот так-то! Тебе меня не обыграть, хоть ты и «старой школы»!

Марина вышла на улицу под желтый свет фонарей, под темное московское небо, под водяную пыль, грозящую вот-вот превратиться в снежную пургу, и по брусчатке бодро и уверенно простучали ее каблучки.

Все хорошо. Хотя и не так-то легко."

"Нелегко. Нелегко…

– Марина Олеговна!

Она вздрогнула и оглянулась.

Высокий мужчина – руки в карманах – шел к ней из-под фонарей. Она не узнала его и испугалась.

Водитель ждет за углом, добежать она не успеет. Обратно в кафе и сразу же позвонить, вызвать его! Господи, как это она забыла про поклонников!..

– Марина Олеговна, это я! Я вас напугал?

Скользкие от страха пальцы, уже нащупавшие в кармане телефон, дрогнули и разжались.

– Господи, Марк!

– Вы меня не узнали? Извините.

Он подошел, улыбаясь, и она посмотрела ему в лицо взглядом беззащитной, слабой, перепуганной женщины. Ей отлично удавался такой взгляд.

– Я никак не ожидала вас увидеть, Марк! И в сумерках я плохо вижу…

– Какие же сумерки, Марина! Уже ночь, а вы одна по улице бродите.

– Я не брожу, – оправдываясь, сказала она. – Я интервью давала вот здесь… рядом. И решила немножко подышать. Я сегодня еще играла…

– Все равно, – тоном взрослого мужчины, отчитывающего маленькую девочку, укорил Волошин, – нельзя ходить одной, да еще ночью! Тем более вам!

– Я больше не буду.

И они засмеялись.

– Где ваша машина?

– Вон там.

– Разрешите, я вас провожу.

– Разрешаю, Марк. Какой вы… церемонный.

Кажется, он собирался предложить ей руку, даже повел ею как-то странно – Марина заметила. Она всегда все замечала. И не предложил.

Не решился, поняла она. Дурачок. Они шли под желтым светом фонарей, и на лету замерзающий дождь сыпался им на волосы и лица. Очень красиво.

– Только не говорите, что были на моем спектакле!..

– Был, Марина Олеговна!

– Тогда не говорите, что это гениально.

– Не буду.

Они дошли уже почти до угла, а Марина все никак не могла сообразить, зачем он приехал.

– Марк, – предупредила она смеющимся девчоночьим голосом, – вон машина, так что решайтесь быстрее! Зачем вы меня поджидали?

Она остановилась и взглянула ему в лицо. И впрямь ничего романтического в данный момент его лицо не выражало. Только, пожалуй, озабоченность.

– Что у вас за вопрос, Марк?

Он вздохнул и опять сунул руки в карманы.