Счастье по принуждению

Да? — Немного поддавливаю ее на правильный ответ.

Она хочет. Знаю. И что я ей небезразличен, иначе не трахалась бы со мной так горячо в ресторане. В горло бы вцепилась, но не далась.

— Да! — Выкрикивает Катя, сжав кулачки и лупит меня ими по груди. — Вы! Ты! Тимур Сабирович, чертов манипулятор! Вообще не удивлюсь, если это вы спалили дачу, чтобы не оставить мне выбора!

— Хорошая идея, — киваю и ухмыляюсь. — Но нет. Я бы так сделал в том случае, погоди, как ты там сказала? «Если бы считал себя на столько мерзким, чтобы со мной жить добровольно?» Нет, не считаю.

— А когда вступают в силу права будущей жены? — Отстраняясь, прищуривается Катя. — Уже?

— Хм, — не понимаю, к чему она клонит, — уже вступили…

Мне прилетает по щеке смачная пощёчина. Не успеваю ее перехватить и чувствую, что об зубы даже лопается губа.

— Не понял!? — Хватаю девчонку за предплечья, вскипая. — Это за что?

— Вы же умный, Тимур Сабитович, сами должны понять.

Выдыхаю, сдерживая улыбку. Ладно.

— Своеобразное «да», — рычу, притягивая девчонку к себе. — Но принимается.

Наматываю ее волосы на кулак, заставляя откинуть голову и открыть мне шею.

— Что вы собираетесь делать? — Опасливо застыв, часто дышит Катя.

— Реагировать, как должен муж…

Впиваюсь в нежную шею за ушком. Катя, попискивая, чуть оседает в моих руках. Вкусная девочка.

Нахожу ее губы и целую. Сердце колотится в рёбра. Нормально все у нас будет… Я для них с сыном горы сверну.

— Кхм… — раздаётся за нашими спинами. — Старший лейтенант Скворцов. Участковый.

Глава 25

Катя

Открыв глаза первым делом рассматриваю кольцо, чтобы удостовериться, что вчерашний день мне не приснился.

Красивое… У меня никогда таких украшений не было.

Тимур мерно сопит в мою спину, по-хозяйски обняв рукой за грудь. Под одеялом мы абсолютно голые. Хоть и вернулись домой уже около трёх ночи, Киров все равно после душа ещё раз склонил меня к разврату.

Соски мгновенно твердеют, низ живота тяжелеет, тело томно тянется… Хочется мурлыкнуть. И вообще, мне хочется! Хоть я и абсолютно им растерзана с непривычки. Кажется, я извращенка или эротоманка… Хихикаю. Прикрываю глаза, плавая в ощущении утреннего тёплого возбуждения, но услышав приглушённый детский плач, дёргаюсь и распахиваю глаза.