Санек (СИ)

По идее я сейчас должен быть в каком-нибудь ступоре, или, может, скакать от радости, но ничего. Воспринималось все случившееся как должное. Немного погонял в голове мысль об этой несуразности, да и махнул рукой, пусть все идет, как есть, а дальше посмотрим.

Немного полюбовавшись своей внешностью, умылся и вернулся домой, где под недовольное ворчание деда быстро смолотил пожаренную им яичницу и начал собираться в дорогу."

"Собираться — это сильно сказано, все подготовлено еще с вечера, поэтому осталось только нацепить все на себя и выдвинуться в путь.

Снаряжение в дорогу собирал дед, и я только сейчас увидел, сколько всего придется тащить за собой в горы. Так-то мы опытные путешественники, много раз уходили надолго то на охоту, то вообще поближе к цивилизации, чтобы обменять добытые зимой меха на нужные в хозяйстве вещи, но сейчас дед переплюнул сам себя. Если для меня он подготовил обычный, разве что чуть более набитый, чем раньше, вещмешок с притороченными к нему овчиной, котелком и сковородкой, то себе соорудил вообще что-то монстрообразное.

Обычный здоровенный мешок с пришитыми к нему лямками буквально трещал от засунутых в него припасов. На мой вопрос, зачем мы тащим столько всего, дед только поморщился и ответил очень коротко:

— Доберемся до места, поймешь. Сейчас слишком много времени уйдет на объяснения, а мы и так задержались.

Все, дальше можно не расспрашивать, ничего не скажет, только очередным подзатыльником наградит. Помимо вещмешков мы надели на себя пояса с портупеями, на которых висели помимо очень даже ухватистых охотничьих ножей ещё и фляги с подсумками, туго набитыми обоймами с патронами для мосинских карабинов.

Обычно, уходя в лес, мы брали с собой охотничьи ружья, но не в этот раз. Страхуется дед, вот и распотрошил заначку с боевым оружием, правда ничего кроме карабинов оттуда не взял, а выбрать было из чего.

Об этой заначке я знаю с детства, с того времени как погибли родители. Гуляла здесь по лесам в середине двадцатых годов банда, которая добралась и до нашей деревни.

Погибли мои родители, застигнутые бандитами в поле. Эти уроды убили их и еще несколько человек из деревни походя, ради смеха, как признался позже один из плененных бандитов. Тогда вообще погибло больше десяти человек из деревни, но и банда кончилась. Обозленные деревенские мужики уничтожили эту погань под корень, даже нескольких сдавшихся в плен не стали передавать властям, а прирезали по-тихому.