Самая младшая из принцесс

Девушка вздрогнула и наконец обратила на меня внимание.

— Ты зачем пришла? — спросила она.

— Как это, зачем? — удивилась я.

— Хочешь узнать, что я делала в кабинете твоего разлюбезного лорда Финча? — голос мисс Брадшо стал неприятно резким, и я отпрянула от подруги, глядя на нее расширившимися от удивления глазами.

— Что с тобой? — спросила пораженно.

— Ничего, — Люси резко встала с кровати и нагнувшись, подняла чемодан и водрузила его прямо на смятое покрывало.

— Мне так не кажется, — заметила я осторожно.

— А, — пробормотала она, — конечно.

Вы же сама доброта и сочувствие, Ваше Высочество, — и голос такой резкий и неприятный, совсем непохожий на голос моей подруги, такой нежной и ранимой девушки.

— Я ничего не понимаю, Люси, — сказала удивленно, продолжая сидеть и следить за тем, как подруга собирает с пола свои вещи и складывает их в свой чемодан. — Ты уходишь?

— А что ты прикажешь мне делать? — она посмотрела мне в глаза. Взгляд у мисс Брадшо был какой-то другой. Без прежнего сияния и мягкости.

— Ждать, когда вернется лорд Финч и выкинет меня отсюда. Нет уж, увольте. Лучше я сама уйду.

— С чего ты решила, что тебя выгонят? — я встала и шагнула к Люси.

— Миссис Баттон молчать не будет, — проговорила подруга, — расскажет о том, что я была в его кабинете и ... — она запнулась.

— И что? — спросила я. — Ты сделала что-то плохое? Расскажи мне, поделись! — я протянула к ней руку, но Люси отшатнулась от моей ладони, словно это была не рука, а ядовитая змея. Но я сделала над собой усилие.

Видела, что Люси мучается и скрывает что-то страшное и важное. Подозревала, что именно она была причастна к появлению монарших особ, но хотела дать шанс нашей разрушающейся дружбе.

— Объясни мне причину своего поведения, и я обещаю, что миссис Баттон ничего не скажет милорду, а если и скажет, то я найду способ заставить его не трогать тебя. Ты ведь прежде всего, служишь мне, — сделала попытку.

— Тошно! — Люси почти швырнула в чемодан одно из старых платьев. Серое, которое она носила в последний год своего обучения в пансионате, — тошно быть прислугой.

Тошно смотреть на тебя, на Маргарет, на Артура и понимать, что вы и ваш образ жизни недосягаемы для меня! И да, знаешь, я была в кабинете лорда Финча, чтобы отправить послание Бейли. Сообщить им о том, что сэр Генри покинул особняк.

— Что? — я действительно подозревала подругу в этом, но надеялась, что ошиблась. Ее откровенность неприятно поразила. Наверное, я не хотела услышать подтверждение своей догадке.