Самая рыжая в Академии драконов

В девять утра магистр подал знак смотрителю Ховски запускать народ на платформу.

— Господин магистр, разрешите сдать зачет с какой-нибудь парой! — наплевав на гордость, взмолилась я.

— Катарина, вы доучились до выпуска и не знаете элементарных правил сдачи зачетов? — холодно спросил он.

— Знаю…

Не глядя на меня, магистр ступил на платформу и махнул лепрекону, чтобы тот закрывал ворота. Словно попав в мучительный, постоянно повторяющийся кошмар, в отчаянье я следила, как спускается платформа, и кусала губы. К горлу подступала желчь, живот сводило.

— Эй, они уже спустились? — прозвучал знакомый голос.

Я резко обернулась и обнаружила Рэдвина в полной боевой амуниции. Он на ходу застегивал куртку.

— Ты опоздал!

— Я пришел ровно в девять, — спокойно опроверг он. — Подай жалобу, что магистр начал зачет на минуту раньше.

От злости у меня сами собой сжались кулаки. Захотелось его ударить каким-нибудь заклятьем или просто ударить в конопатую физиономию. Очень сильно.

— Даррел, ты просто нечто!

— Это комплимент?

— Нечто безответственное! — прошипела я и попыталась его обойти по дуге, пока не набросилась с кулаками.

— Да-да, староста, я такой и есть. — С неожиданным раздражением Рэдвин перехватил меня за локоть, заставив затормозить. — Не торопись сбегать со своего зачета. Сейчас спустимся в Разлом, выскажешь магистру все, что обо мне думаешь. Он из сострадания тебя допустит.

— Ты издеваешься? — Я высвободила руку. — Группа уже внизу!

— И что? Никогда не платила лепреконам за спуск? — Он посмотрел на меня с издевательской улыбкой.

— А ты меня искренне бесишь!

Ей-богу, не признаваться же, что во внеурочное время я отправлялась в Разлом только с подписанным в деканате разрешением. Заплатить денег не жалко, но за самовольные спуски грозили отчислением. Случись что-то плохое в чаше — неприятностей потом не оберешься. К чему сложности? Пусть и отказывали через раз, но перебилась же как-то.

— Ты бесись, я пока договорюсь, — хмыкнул Рэдвин.

Не знаю, сколько он заплатил смотрителю, говорили, что с появлением в жизни академии ревизора, расценки взлетели до неприличных сумм, но едва платформа вернулась к краю, нам открыли ворота. Спускались с ветерком. Подъемник трясло, и пришлось схватиться за поручень. Казалось, платформа пыталась стряхнуть незаконных пассажиров.

Сквозь туман проступали толстые лианы, свисающие с края парящего острова.