С/с. Том 26

— Действуй! — с облегчением сказал Росленд. — Сейчас мне надо вернуться, но я буду ждать твоего звонка. Смотри не подцепи себе хвост снова.

— Трогательно слышать это от тебя, — сказал Гирланд.

Герман Радниц, плотный мужчина с крючковатым носом и кустистыми бровями, вот уже полчаса сидел в баре отеля «Георг V». На нем был безупречного покроя костюм с алой гвоздикой в петлице, обувь от Лотта. Время от времени он затягивался дорогой сигарой, которую держал в толстых, коротких, как обрубки, пальцах. Его непроницаемое лицо было сковано тяжелой думой.

В бар быстро вошел молодой человек — с бородкой, в поношенном плаще. Он помедлил, затем, получив от Радница знак, приблизился и сел рядом на свободный стул. Молодой человек — его звали Томас — почтительно заговорил:

— У Дорна была встреча с Рослендом. Они сидели в Криллон-баре, разговаривали недолго. Когда расставались, Дорн что-то передал Росленду, скорее всего, деньги.

Далее Томас рассказал Радницу обо всех последующих событиях.

Радниц пристально рассматривал свои тщательно отполированные ногти.

После долгой паузы он сказал:

— Это надо сделать быстро. Заставь Росленда сказать, о чем он говорил с Дорном. Любой ценой… — он многозначительно посмотрел на собеседника. — Я буду ждать результата здесь. И побыстрее!

Сказав это, он потянулся к своему бокалу, показывая, что разговор закончен.

Выйдя на улицу, Томас подошел к черному «ситроену» и сел рядом с водителем — невысоким, крепко сбитым парнем. Тот вопросительно поднял брови. На заднем сиденье был еще один человек: высокий, тонкий и смуглый. Лицо его было непроницаемым, как маска, во взгляде таилась угроза.

— Хозяин велит поговорить с Рослендом, — сообщил Томас, — он живет на Рю Кастальоне…

Борг, так звали водителя, проворчал что-то и включил мотор.

До квартиры Росленда они доехали за десять минут. Томас и Шварц — высокий малый, вышли, а Борг немного отъехал в сторону и остановился.

— Обойдемся без Борга! — решил Томас.

— Рассчитываешь на меня? — с ухмылкой спросил Шварц.

Томас нахмурился. Неприязненный и презрительный тон Шварца не понравился ему, но сейчас было не до споров.

Они вошли в подъезд и, незаметно проскочив мимо конторки консьержки, подошли к лифту. Еще минута, и они были на верхнем этаже.