Лекарь Империи 5

— Просто бизнес. «Архивариус» не любит свидетелей. Особенно тех, кто слишком много знает и слишком громко требует. И да, не пробуй засовывать два пальца в рот. Это не поможет. Яд уже давно впитался.

Он достал из кармана небольшой, гладкий черный амулет и приложил его к двери. Камень тускло вспыхнул фиолетовым светом, и вокруг камеры, словно мыльный пузырь, возник невидимый магический купол, поглощающий все звуки. Крики Борисовой мгновенно стихли, сменившись абсолютной, неестественной тишиной.

— Эй, — окликнул он тюремного охранника, сидевшего за столом в конце коридора.

— Понял, — равнодушно кивнул охранник, не отрываясь от чтения дешевой газеты.

Сержант, удовлетворенно кивнув, ушел по гулкому коридору, насвистывая какую-то веселую, легкомысленную мелодию.

Алина Борисова осталась одна. Одна в звуконепроницаемом коконе своего собственного ужаса. Она перестала кричать, поняв, что это бессмысленно.

* * *— Я слышал о ваших вчерашних операциях, — Крылов смотрел на меня с нескрываемым, почти жадным интересом, в котором восхищение боролось со страхом. — Артерия Адамкевича — это же казуистика чистой воды. В учебниках такой случай единичным описывают.

Что ему нужно? Новый способ сбора информации? Или вчерашняя демонстрация силы и последующий разбор полетов действительно что-то изменили в его столичной голове?

— Повезло с диагностикой, — пожал плечами я, не давая ему никакой зацепки.

— Я доложил магистру Журавлеву, — продолжил Крылов, и его голос стал тише, почти заговорщицки. — Как мы и договаривались. Сказал, что обе операции блестяще провел Игорь Степанович, а вы блестяще ему ассистировали.

Значит, урок он усвоил. Угроза трибунала и полного краха карьеры действует лучше любого словесного аргумента. Он держится сценария. Пока.

— Молодец, — коротко кивнул я, давая понять, что разговор окончен.

— У тебя какой-то перебор со словом «блестяще», — проворчал Шаповалов, не отрываясь от графика. — Звучит фальшиво.

— Илья Григорьевич, — Крылов проигнорировал выпад Шаповалова и повернулся ко мне. Он сделал глубокий вдох, словно собираясь с духом. — Я буду с вами честен. Я хотел бы поработать с вами. Ассистировать, наблюдать, учиться. Хотя бы немного. То, что вы делаете… Я такого не видел и даже не слышал никогда.