С любовью, Рома

Ну дурак же, куда меня опять понесло, она однозначно дала тебе понять…

— Ты бы хоть Бакса для прикрытия взял, — вдруг раздался голос брата из кухни, и уже в следующее мгновение в дверном проёме появился полностью одетый Кир.

— Зачем?

— Ну как… — пожал тот плечами. — Смотри. Рома, а куда ты собрался?

Меня перекосило.

— На кудыкину гору.

— Ну вот, я же говорю. А про выгул собаки звучало бы более правдоподобно. С натяжкой, но… более или менее.

— Да иди ты, — беззлобно махнул на него рукой и схватился за отцовскую ветровку, висевшую на вешалке, — все мои вещи остались в Питере.

Но Кирилл, в лучших традициях нашей семьи, и не думал оставлять меня одного, принявшись обуваться.

— Так, а ты куда?

— С тобой на гору. На стрёме постою.

Я напрягся.

— Это ещё зачем?

— Да так, вдруг ещё кто-нибудь решит покуситься на твой замечательный нос.

— Я сам справлюсь.

— Даже не сомневаюсь. Но на стрёме постою, на тот случай, если понадобится помочь труп прятать.

— Чей труп?

— А это уже как повезёт.

Я закатил глаза, но младший брат даже не обратил на это внимания. Схватив ключи, первым вышел за дверь."

"— Вам ещё не надоело меня жизни учить?! — рычал я ему в спину всю дорогу до Сониного дома. — И вообще. Яйца курицу не учат!

— Какое счастье, что мои яйца к твоему происхождению не имеют никакого отношения.

— Боже, мы породили чудовище…

Уже у дома Романовой мы застопорились, топчась на месте перед нужным окном.

— И что дальше? — поинтересовался Кирилл.

— Постучусь, как раньше.

— А если она не одна?

Не то чтобы я не думал об этом, но слышать это из чужих уст было ни разу не приятно.

— Тогда у нас есть ты.

— Ага, всё-таки будем рожи бить?

— Нет, сразу труп прятать.

Сделав глубокий вдох, я постучался в окно. Раньше Соня реагировала на мой приход в любое время суток. Сколько раз я проникал в её квартиру, минуя двери?

На этот раз за окном была тишина.

— Может быть, не слышит? — мягко предположил Кир.

Я стукнул ещё раз, вложив в удар куда больше силы. Стекло угрожающе затрещало.

— Ну или подходить не хочет, — продолжил мысль мелкий, то ли специально дразня меня, то ли по своему малолетству не понимая, как на меня действуют его предположения. — Или вовсе дома не ночует…

Звук бьющегося стекла и мой сдавленный крик были ему ответом.

***

Обошлось без полиции.