Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Фаль продолжал дрожать, наконец тоненький голосок сильфа, звенящий от напряжения, торопливо вывалил горсть слов:

— Прости меня, Оса, прости за то, что принес цветок со звонкой! Я потом так испугался, так испугался, что не смог рассыпать пыльцу, чтобы тебя вылечить! Ты меня прогонишь теперь? Совсем прогонишь?

— Фаль, о чем ты говоришь, глупый? Ты мой друг, как я могу тебя взять и прогнать ни за что ни про что? Ты еще так молод по меркам сильфов, никто не ждет, чтобы ты творил магию в совершенстве! — Я ласково погладила паренька.

— Ты не сердишься? — Зеленущие, полные слез и молчаливой надежды глаза пытливо уставились мне в лицо.

— Ни капельки, — заверила я малыша.

И серые, ставшие после моего выздоровления голубовато-зелеными с темно-синей каемкой крылышки засияли тысячей разноцветных солнышек. Я даже зажмурилась, опасаясь ослепнуть. Фаль, забыв про недавний страх и волнение, счастливо засмеялся, взмыл в небо и выдал несколько головокружительных кульбитов на зависть всем воздушным акробатам вселенной.

— Как ты? — хрипло, кашлянув и повторив вопрос, уже почти нормальным тоном поинтересовался Гиз.

— Почти в порядке, горло немножко болит и спина, ушиблась. Ну со спиной мне, думаю, Дэлькор поможет, он по синякам и растяжениям большой спец, — вынесла я себе окончательный диагноз-вердикт.

Жеребец повернул голову и ласково дунул мне в ухо, даже лизаться не стал, наверное, опасался применять физическое воздействие разновидности «терка обыкновенная» к травмированной хозяйке.

— Отлично, я… мне отойти на минутку надо, — сказал Гиз и быстрым шагом скрылся среди деревьев справа от дороги.

— Мокрая, хоть выжимай. — Я поморщилась от неприятного ощущения влажной от пота одежды, липнущей к телу, для полноты ощущений продуваемой ветерком.

Вот под дождем, мокрая насквозь, могу часами гулять (главное потом рюмочку хорошего кагора выпить), а стоит чуток пропотеть, так тут же тянет переодеться. Неприятно! Потому так не люблю общественно-пахучий транспорт в суровую летнюю пору, хоть пешком иди, чтобы не нюхать невообразимое амбре «несвежий пот энд литр духов/одеколона».

Порхающий Фаль просыпал на мое бренное тело горсть бледно-голубой пыльцы.