Рыжее братство. Трилогия (СИ)

— Нет, только сделаю вид, чтобы успокоить твою совесть и братские чувства, а ночью наложу на всех вас сонные чары, отправлюсь в погоню за оскорбителем, порву на клочки и испепелю, — сварливо отозвалась я и показала Гизу язык.

— Так порву или испепелю? — заинтересовался мой киллер. Равнодушие в голосе сменилось хорошо знакомой мрачноватой иронией.

— Сначала одно, потом другое. Если сначала пепелить, то потом порвать не получится, — поделилась я страшным секретом. — Пепел на клочки почему-то не рвется, я, когда маленькая была, пробовала.

— С врагами? — «ужаснулся» Гиз.

— Не-а, с газетной бумагой! — ностальгически вздохнула я и похвасталась: — Знаешь, какие костры мы с ребятами во дворе зажигали! Дворник потом за нами с метлой бегал и к родителям жаловаться ходил! А врагам я честно выдирала волосы и раздавала синяки!

Киллер тихо рассмеялся и еще тише сказал:

— Спасибо.

— Было бы за что… — пожала я плечами. — Надеюсь, у твоего брата хватит желания на то, чтобы отыскать колодец и попить водички.

Если он такой же упрямый, как ты, должно хватить. Ну а если нет… я буду пробовать действовать рунами, только сразу предупреждаю, с магией превращений у меня туго. Нет, идейки кое-какие вертятся в голове, но чтобы на живом пробовать… нет, я бы не рискнула. Птичку жалко!

— Какую пти… — начал было спрашивать Гиз, не знакомый с творчеством Гайдая, но тут земля содрогнулась."

"Нет, кажется, содрогнулся весь мир, и не просто содрогнулся — подумаешь, землетрясение, где не бывает! Он (мир) куда-то дернулся, выгнулся и… Не знаю, как вернее описать… Впечатление было такое, что ты вишневая косточка, которую после обгрызания мякоти выплюнули изо рта.

Словом, меня выплюнуло на хилую серовато-зеленую траву лужайки. Рядом приземлились Гиз и Кейр со шкварчащей сковородкой в руке. Бешено работая крыльями, затрепыхался в воздухе Фаль, изо всех сил стараясь не вмазаться в куст. Сзади что-то забарабанило. Бац, бух, бамц, трямц, бабах! Словно приземлилось несколько относительно легких и один тяжелый объект. Потом раздался краткий непечатный комментарий по поводу происходящего, исполненный голосом нашего нового знакомца — Киза.

Поднимаясь для начала на колени, а потом на ноги, я первым делом поглядела по сторонам и присвистнула: а домика-то и соснового бора не было! Зато имелись наша компания, наши сумки и один чужой, вернее Гизов, брат, вернувший себе человеческое обличье.