Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Сам он все еще мечтательно жмурился, разглядывая чашу небосклона, зато Гиз трезво заметил:

— Взмыть? Ты уже летишь. Далеко ли собрался?

— А? — ахнул бывший палач, закрутил головой по сторонам и закрутился вокруг своей оси. На лице застыло ошарашенно-блаженное выражение неверия вперемешку с восторгом. Глаза сияли, как у двухлетнего карапуза, получившего в подарок вожделенный воздушный шарик. — Оса! Как же это здорово! Спасибо тебе! Спасибо! Я уж и не думал, что когда-то сподоблюсь полетать, наяву-то! Словно во сне! Сам будто пушинка! Как легко-то, как здорово!! — сумбурно вывалил на нас впечатления пополам с благодарностями Кейр, мимолетно погладил ветку сосны и поднялся еще выше, к самым макушкам, где и остался: человеческая фигура с широкой блаженной улыбкой на лице, залитая золотым светом.

Фаль, заливисто хохоча, взмыл к нему и принялся носиться вокруг, как маленький спутник, рассыпая разноцветную пыльцу. Красиво!

— Долго я летать смогу, магева?

Этим вопросом наш воздухоплаватель озадачился через несколько минут, в процессе которых я, изо всех сил напрягая ленивые извилины, пыталась сообразить, что же тут происходит.

Гиз только зыркнул на меня разок, но никаких вопросов задавать не стал и с комментариями под руку не полез. Я обожаю этого мужчину: он не только классно целуется, но и умеет говорить, когда надо, а самое главное, молчит, когда требуется! Такое не каждому дано. Чаще крайности встречаются: либо болтуны — не заткнуть фонтана, либо молчуны — не разговорить.

— А когда ты мечтал, хотел только раз взлететь или навсегда обрести способность к полету? — ответила я провокационным встречным вопросом, запрокинув голову вверх, чтобы видеть собеседника, теперь мягкими скачками перемещавшегося по самым верхним веткам сосен, росших вокруг колодца.

Ветерок игриво трепал пряди, выбившиеся из завязанных в хвост волос воина.

— Навсегда, конечно, Оса, только разве такая магия бывает? — смутился и сразу же жадно понадеялся Кейр.

— Сдается мне, бывает, — философски проронил Гиз, дернув уголком рта.

— Спускайся, обсудим, — осторожно предложила я на всякий случай.

Нехотя, с очевидным разочарованием от необходимости прерывать чудесную забаву, ставшую воплощением его детских мечтаний, телохранитель спланировал на бренную землю. Довольный Фаль все крутился вокруг собрата по покорению воздушных просторов.

— Я не накладывала на тебя заклятий для полета, — объявила ему и продолжила прежде, чем на меня обрушились закономерные вопросы: — Думаю, все дело в воде.