Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Наверное, понимал, что лучшего выхода из положения ему не предложат. Наши спутники остались на дороге.

– Не люблю я насилия, но, честно сказать, ты это заслужил, – вздохнула, присаживаясь на траву у ручейка, пока барон, глядя в воду как в зеркало, пытался омыть руки и лицо. Очень удобно было не смотреть в глаза магеве под предлогом наведения марафета. Одежда, кстати, оказалась испачкана так, что никакая стирка без порошка, даже окажись к ней какимто чудом способен Мангонт, не помогла бы. Впрочем, плащ, притороченный у седла, вполне можно было накинуть сверху, скрывая безобразное состояние гардероба.

Споласкивая руки, чумазый барон почти просительно обратился ко мне:

– Пожалуйста, магева, помогите! Если вы мне откажете, я все равно продолжу поиски.

– Я вам уже помогла, барон, – качнула головой. – Ваш первейший долг опекуна – забота о благополучии Вейлисы. Вы получили слово магевы, гарантирующее его, и продолжаете настаивать на своем из низменных побуждений. Вами двигает отнюдь не забота о девушке!

– Что вам наговорила эта выдумщица?! – делано и както вяло возмутился опекун, но глаза забегали.

– О, Вейлиса была немногословна, куда красноречивее оказались следы на ее теле, – многозначительно промолвила я. – Не пытайтесь обмануть магеву, барон, бесполезно! Вам не удалось провести даже моего телохранителя. Не стремитесь продолжить поиски, если вам дорого то, что еще осталось от вашей репутации и чести!"

"– Вы мне угрожаете? – резко насторожился вельможа, почуяв опасность, как хищный зверь капкан.

– Ничуть, – пожала плечами, – просто предупреждаю. – Вы останетесь полновластным хозяином баронства, Вейлиса отбудет в довольно дальние края, где ей, разумеется, пригодятся те скромные средства, которые она по праву взяла из родительского дома. Отпустите девушку, проявите благородство. Если же вы не уйметесь, барон, я не угрожаю, просто предупреждаю, вынуждена буду использовать силы магии, чтобы показать всему Ланцу, какие низменные чувства вы питаете к падчерице, и это после клятвы у ложа умирающей супруги.

– Вы думаете, магева, я поддамся на шантаж? – взбрыкнул было Мангонт, вовсе не готовясь к битве, а отступая и огрызаясь напоследок, как хищник, пятящийся от охотника в чащу леса. Я чувствовала это явственно.