Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Кейр, этот прохвост еще не все наши деньги пропил? – осведомилась я походя.

– Он ни монетки не взял, Оса, все у меня хранится, – вступился за честь алкоголика телохранитель. – Я только дядюшке Каро заплатил за место в его повозке, где мы твои вещи сложили, и за постели.

– Вещи? – оживилась я, считавшая свой гардероб безвозвратно пропавшим в «Резвых рыбах». Когда надо быстро сматываться, не до забот о запасах одежды, главное ноги унести. – Неужто вы прихватили мои шмотки от эльфов и Гирцено?

– Конечно, – коротко и почти снисходительно улыбнулся мужчина моему типично женскому поведению.

– Кейр, я тебя обожаю! – умилилась и одобрительно похлопала друга по плечу.

Гиз в разговоре не участвовал. Застыл, как подобает телохранителю, статуей, слился с обстановкой, жил только его взгляд. Может, мне показалось, но на Лакса киллер смотрел со странной смесью презрения, сочувствия и зависти. Напиться, что ли, хотел? А еще бы не хотеть, когда изза неудачного заказа вся жизнь под откос покатилась, и оказался привязанным к вздорной девице крепче, чем веревками, на всю мою жизнь!

– Вот, магева.

 – Служанка вернулась с большим пузатым кувшином, в котором плескалась холодная колодезная водица.

Кейр сунул ей в ладонь монету, я взяла кувшин за запотевшие бока, повертела в руках. Замечательно, даже карандаш не понадобится! Перехватив кувшин одной рукой, второй скоренько начертала на влажной от капелек конденсата поверхности комбинацию из трех рун. Первой использовала

ису, чтобы остановить процесс пьянства, потом призвала силу

тейваз, для направления движения к цели, и завершила тройку рун

винья, руной

радости и исполнения желаний.

А как же иначе? Ведь я хотела, чтобы Лакс перестал пьянствовать и заметил мое возвращение, а он, надеюсь, желал, чтобы я вернулась.

Быстро, пока мои письмена не запотели, обвела их руной

ингус– ромбом, объединяя руны и смешивая их силу в единое заклятие. А потом решительно перевернула кувшин над головой вора."

"Ледяная вода, перемешанная со льдинками (

исасработала на совесть!), потоком обрушилась на скорбно склоненную голову моего вора.

Лакс выронил кувшин и завопил. Почемуто воды оказалось куда больше, чем полагалось. Вор вопил, а вода все лилась и лилась, пока не промочила его насквозь и не образовала вокруг стола приличных размеров лужу. Краем глаза я заметила, как бочкомбочком потянулся к выходу пьющий народ. Очень тихо, но с приличной для выпивох скоростью.