Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Сполоснув рот, – в Мидане еще не слыхали о необходимости гигиены полости рта и щетками чистили только лошадей – я переоделась в свою футболку с волчьей мордой и, откинув одеяло, собралась ложиться. В дверь быстро постучали, потом выдержали паузу и постучали настойчивее. Поленившись обуться, босиком прошлепала на звук и отодвинула задвижку. В коридоре стоял Лакс. Вор ужом скользнул в комнату, ногой захлопнул дверь, обнял меня и потянулся к губам.

– Это ты хорошо решила, лечь спать пораньше, – горячо шепнул он, а руки пустились в странствие по моему телу.

– Лакс, – растерянно позвала я, только сейчас за всеми своими женскими хлопотами сообразив, что парень истолковал поведение девушки на свой лад и сделал соответствующие, но в корне неверные выводы. Впрочем, взглянув на события этого вечера со стороны, я поняла его право на ошибку.

Учуяв мои интонации, рыжий моментально отстранился:

– Чтонибудь не так?

– Я не могу с тобой сегодня, – неожиданно застеснялась, как девочка.

– Ясненько, – снова выплюнул противное словечко злым, полным истинно мужского разочарования голосом вор и рванулся прочь, но я успела ухватить его за ремень и удержать на месте.

– Да стой же, дурак, – в сердцах выпалила я, не выпуская ремня, и даже сделала попытку встряхнуть его вместе с хозяином. – Сказала же «не могу», а не «не хочу». Разницу видишь?

– Неужто слухи о том, что вы, магевы, себя блюдете, чтобы силу не утратить, правдивы? – совершенно убито уронил Лакс, не делая больше попыток убежать, но и не пытаясь обнять меня.

– Врут, на мой счет точно врут, – уверенно заявила я, поскольку то, чего надо блюсти, утратила пару лет назад как минимум и совсем не переживала по этому поводу.

– Тогда чего же? – вконец растерявшись, спросил парень.

– Тьфу, да дела у меня начались, – в сердцах рубанула правдуматку, пока Лакс не навоображал себе еще невесть какой дури, не обиделся поновому да не рванул прочь. Хорошо, если понесется просто подальше от привередливой магевы, которая то заигрывает, то гонит, а коль отправится к миданским шлюхам? Да я же весь город по камешкам от злости раскатаю.

– Да, ты извини, если я, дурень нетерпеливый, обидел, – стушевался вор, переминаясь с ноги на ногу.

В темноте не могла различить его лицо отчетливо, видела лишь черный профиль, но слышала дыхание и легкий аромат полевых трав.