Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Да все мешкаю, жду чегото…

– А сегодня у нас какая фаза луны? – уточнила я, вертя в руках коричневую глиняную кружку, по дну которой перекатывалась белая капелька молока, как полночное светило на небосклоне.

– Новолуние и есть, – с философской обреченностью подсказал Кейр, сообразивший всетаки, что приключения ищут меня сами и ожидать от магевы чинного поведения кроткой домашней барышни столь же бесполезно, как от козла молока."

"– Великолепно! – оживилась я, потирая руки. – Значит, так, Ярина, мы с вечера меняемся комнатами.

– А я? – спросил Герг и подобрался, как новобранец в ожидании приказа генерала. Даже встрепанные светлые волосы чуток распрямились.

– У тебя задача куда более сложная, – безапелляционно, как и следует вести себя с больными, поэтому еще более капризными, чем обычно, мужчинами, объявила я, используя опыт общения с простуженным отцом и разбитым радикулитом дедом, – постарайся поправиться за одну ночь настолько, чтобы завтра мог сесть на лошадь.

– Что ты хочешь делать? – спросил по существу телохранитель.

– Выяснить, кто или что смущает покой нашей хозяйки, и устранить причину, – отчиталась я, ерзая зачесавшейся спиной по стенке.

– Как? – попытался прояснить наш великий план Кейр.

– Да чтоб я знала, – беспечно ухмыльнулась я, чувствуя приятную сытую истому во всем теле.

– Про вампиров слышал, они кровь сосут, – признал Лакс, – а что за штука такая упырь?

– В принципе хрень та же, только в башке пусто, никаких мыслей, кроме как крови побольше выжрать, нет, – просветила я приятеля, используя данные из массы виденных и читанных (еще одна моя маленькая слабость!) ужастиков. – Что касается остальных версий, ничего не скажу, они попрежнему требуют детальной проверки и фактического материала.

До наступления темноты я успела облазить весь сад за домом, провела, так сказать, рекогносцировку местности, потом перебралась в комнату Ярины с большой семейной кроватью и проделала с помощью Лакса и работника с конюшни еще коекакие необходимые приготовления. Герг, не то умотавшись за день, не то обидевшись на отстранение от работы, ушел на сеновал спать.