Казачий крест

Потом, ловко перекидывая костяшки на счётах, он быстро суммировал итог и, опустив очки на кончик носа, объявил, глядя на парня поверх линз:

– Пятнадцать рублей сорок две копейки за всё разом.

– Извольте, – спокойно кивнул Матвей, выкладывая на прилавок ассигнации.

Посчитать общую сумму он уже успел и сам, так что полученную скидку заметил сразу. В общем, торговаться тут – себя не уважать. Кивнув, мастер не спеша отсчитал сдачу и, укладывая всё купленное в холщовую сумку, нечто вроде фирменного пакета в прошлом Матвея, ровным тоном уточнил:

– Скажите, Матвей, а заказы на белое оружие вы берёте?

– Бывает, – кивнул парень, даже не уточняя, о каком именно оружии идёт речь.

– Ну да, ну да, – задумчиво закивал мастер, явно что-то обдумывая. – Но в случае согласия клиента я могу надеяться на ваше содействие?

– Надеяться-то можно. Вот только как барыш делить станем? – тут же включил Матвей торговца.

– Ну, основная цена ваша. Я только свой процент брать стану.

– А с чего тот процент считать будете, коль точной цены не знаете?

– Мне много не надо. Основное я со своих лавок имею, – понимающе усмехнулся мастер.

– Выходит, вы местный? – уточнил Матвей, тоже начиная выстраивать некую схему распространения своего оружия.

– Всю жизнь тут живу. Только учиться в столицу ездил, – улыбнулся мастер неожиданно тёплой улыбкой.

– Выходит, вы дворянского достоинства? – сообразил Матвей, тут же вспоминая свои высказывания.

– Из мещан, – качнул оружейник головой.

«Выходит, тут и такое было», – подумал Матвей, кивая и забирая свои покупки.

* * *К огромной радости станичников, торг прошёл как по маслу. Удачно распродав всё привезённое, казаки загрузили в телеги гостинцы для своих домашних и всё тем же караваном отправились в обратный путь. Матвей, получив так долго искомые патроны, едва штаны не протёр, елозя от нетерпения по передку телеги и торопясь попасть домой.

– Ты чего, бать? – поинтересовался парень, заметив его настроение.

– Да вот прикидываю, когда опять в Юзовку ехать. Теперь или уж по морозу.

– Думаешь, до Рождества обернёшься? – усомнился Матвей.

– Так землицу прихватит, можно будет ехать спокойно, – кивнул кузнец.