Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей

Нельзя допустить, чтобы кто-то мог так запросто вывозить из долины детей.

– Но почему именно он?! – простонала Юста.

– Думаю, это из-за того, что он мой сын, – задумчиво ответил Ли.

– Почему ты так решил? – вскинулась девушка.

– Слишком всё быстро произошло. Сначала появляются пираты, потом, стоит только мне уехать, пропадает Рей.

– А ты не думал, что этот парень, художник, специально выманил тебя в пустыню? – быстро спросила Юста.

– Нет. Мы привезли столько оружия и боеприпасов, что пиратам, получи они всё это, не было бы смысла затевать такие сложные ходы.

– Но кто тогда? – продолжала упорствовать Юста.

– Не знаю. Нам остаётся только ждать. Метаться по пустыне просто так глупо. Я могу пропадать там месяцами, а события начнут меняться здесь. И наоборот. Придётся ждать, – вздохнул Ли, крепко прижимая к себе жену.

Обхватив его руками, Юста спрятала лицо у него на груди и, судорожно вздохнув, затихла.

Они просидели на скале всю ночь. На рассвете Ли осторожно шевельнулся и, чуть отодвинув жену, попросил:

– Свари мне каф, девочка. Дел много, а голову нужно иметь трезвую.

Кивнув в ответ, Юста быстро спустилась в дом и, поставив на плиту котелок, принялась готовить завтрак. Спустившийся следом за ней Ли прошёл в кабинет и, поиграв с котятами пантеры, вышел на кухню. Следом за ним туда же пошла и Кали.

Усевшись рядом с ним, пантера многозначительно посмотрела на стол и, толкнув Ли лапой, потребовала завтрак и себе. Усмехнувшись в ответ, Ли поднялся и вышел на общую кухню. Вскоре он вернулся с увесистым куском сырого мяса и, бросив его пантере, снова уселся за стол.

Внимательно наблюдавшая за их молчаливым диалогом Юста не выдержала и, растерянно пожав плечами, проворчала:

– Никогда не понимала, как вы это делаете.

– Что именно? – не понял Ли.

– Понимаете друг друга. Вы словно мысли читаете.

"– Можно сказать, что так оно и есть, – растерянно пожал плечами Ли. – Я и сам не знаю, как это получается. Знаешь, мне будет очень жаль потерять её, но обучить её малышей я не смогу: не умею. Её дрессировали последние монахи этой обители, и записей, как именно они это делали, не осталось.

– Жаль, – вздохнула Юста. – Она действительно многое умеет.

– Она умеет так много, что я иногда дар речи от удивления теряю, – усмехнулся Ли.

– Да уж.