Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей

– Мы тоже не пальцем деланы, – усмехнулся Ли. – Эти ребята повидали столько, что тебе и не снилось. Кроме того, они знают, что, проиграв, умрут или станут рабами. У нас есть только один выход: победить или умереть. А теперь смотри и запоминай. Такое больше не повторится.

Быстро поднявшись на вышку, Ли обнажил меч.

– Эй ты, толстяк! Если ты ждёшь, что твои прихвостни откроют тебе ворота, то можешь забыть об этом!

Не ожидавший такой дерзости толстяк на минуту даже перестал жевать и внимательно присмотрелся к стоящему рядом с Ли трупу.

– Забирай своих придурков и вали отсюда, пока аппетит не испортился, – продолжал издеваться Ли. – У тебя есть ровно минута, потом пеняй на себя. А это тебе на память! – выкрикнул Ли и взмахнул мечом, одним ударом снеся голову предателя.

Подняв отрубленную голову за волосы, Ли размахнулся и запустил её прямо в толстяка. Бросок оказался удачным. Глухо простучав по крыше грузовика, голова упала прямо к ногам вожака.

Отдышавшись, толстяк отбросил недоеденную кость и скомандовал неожиданно густым басом, совершенно не вязавшимся с его нелепым видом:

– В атаку! Принесите мне шкуру этого мута! Слышите вы?! Только шкуру!

Моторы мотоциклов взревели, и в ответ им ударили пулемёты. Это был не бой – это была бойня. Свинец косил дикарей, не делая разницы между мужчинами и женщинами, которых в банде оказалось немало.

Прижавшись щекой к прикладу своего пулемёта, Ли мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Он заранее разделил всю прилегающую территорию на сектора, и каждый стрелок знал свой участок, периодически помогая огнём соседу. Несколько минут кинжального огня – и от огромной банды осталась горстка людей, готовых на всё, лишь бы избежать смерти. Среди выживших оказался и толстяк.

Ворота открыли, и подростки моментально окружили оставшихся в живых, разоружая их и сгоняя в кучу. Толстяка просто сбросили с кресла и пинками погнали к остальным.

Разъярённый до полубезумия, растерявший всю свою важность, переваливаясь с боку на бок, пыхтя и отдуваясь, толстяк подошёл к Ли.

– Ты заплатишь за всё! Это ещё не конец!

– Ошибаешься, толстяк, это конец.