Рыцарь

На стене поверх камина висел портрет лорда Николаса Стэффорда — ее Николаса! Усы, бородка, одеяние — все было в точности таким, как в первый день их встречи: и выглядел он на портрете ничуть не хуже, чем сейчас.

Да нет, конечно: не может он быть этим мужчиной! — подумала Дуглесс, хотя теперь у нее возникло предположение, что теперешний Николас, вполне возможно, один из потомков лорда на портрете!

Дама-гид между тем, улыбаясь, — ибо ей, видимо, казалось, что история его должна представляться всем экскурсантам необыкновенно пикантной, — принялась рассказывать о любовных похождениях Николаса.

— Как утверждают историки, — говорила она, — ни одна из женщин того времени не была в состоянии устоять перед его чарами, если только он обращал на нее свое благосклонное внимание! А враги его были абсолютно убеждены в том, что, вздумай он появиться при дворе, наверняка соблазнил бы юную и прекрасную королеву Елизавету!

Дуглесс почувствовала, как пальцы Николаса буквально впиваются ей в руку.

— Я тотчас же отведу вас к сокровищу! — прошептал он. Однако Дуглесс, прижав пальцы к губам, подала ему знак на время затихнуть.

— В тысяча пятьсот шестидесятом году, — продолжала тем временем гид, — разразился чудовищный скандал, связанным с леди Арабеллой Сидни. — Тут экскурсовод сделала многозначительную паузу, и Николас, воспользовавшись ею, выразительно прошептал на ухо Дуглесс:

— Я хочу отсюда уйти, и немедленно! Дуглесс просто-напросто отмахнулась от него.

— Как утверждали современники, отцом четвертого ребенка леди Арабеллы Сидни явился именно лорд Николас, бывший на несколько лет моложе ее. И еще сообщается, будто… — тут дама-гид перешла на заговорщический полушепот, — …будто этого ребенка леди Сидни сделали прямо на этом вот столе!

Последовал коллективный вздох, и взоры всех посетителей обратились к дубовому столу на ножках-""козлах"", что стоял возле стены.

— И более того, — продолжила дама-гид, — лорд Николас… Но при этих ее словах из оставшейся за спинами экскурсантов залы опять раздался звонок. Он был невероятно громким и продолжительным, потом затих, раздался вновь и опять оборвался, так что экскурсовод была не в состоянии продолжать свои пояснения публике.

— Будьте добры, вы там! — грозно крикнула дама-гид, но звонок продолжал с перерывами раздаваться.