Рыцарь

Слабый луч солнца как раз осветил его доспехи, тень упала на его черные как вороново крыло волосы, и засверкал драгоценный камень, украшавший эфес его шпаги. Да ведь этот незнакомец явился пред нею именно тогда, когда она, рыдая, призывала на помощь Рыцаря в Сверкающих Доспехах!

— Что, плохие вести? — спросил тот.

Выпрямившись, она ответила:

— Да, похоже, меня-таки бросили!

Слова эти она произнесла тихо и вновь посмотрела на него. Да нет, такого просто быть не может, она даже и задумываться над этим не станет! Всего лишь один шанс из миллиона, что этот актер, столь хорошо вошедший в роль, не случайно появился именно тогда, когда она молила о приходе Рыцаря в Доспехах! Но если так, то она — что-то вроде магнита, неизменно притягивающего к себе всяких странных мужчин!

— И я тоже все потерял, — произнес он.

— Должно быть, кто-нибудь из местных вас знает. Может, ним на почте поспрашивать? — отозвалась она.

— На почте? — с недоумением переспросил он. Выглядел он при этом таким искренним, таким растерянным, что она не могла не почувствовать еще большую жалость к нему.

"— Ладно, — сказала она, — пойдемте, я провожу вас до лавки торговца монетами, чтобы вы поменяли свои деньги.

Они двинулись дальше вместе, и его идеально прямая осанка при ходьбе побудила и Дуглесс расправить плечи. Ни один из англичан, встречавшихся им по пути, и не подумал глазеть на них (вообще, насколько успела заметить Дуглесс, англичане имеют обыкновение таращиться только на людей в солнцезащитных очках), но затем они повстречали по дороге парочку туристов из Америки, разгуливавших вместе со своими двумя чадами.

— Глянь-ка, глянь-ка. Мирт! — воскликнул американец, и если взрослые только откровенно уставились на Николаса, то их детки принялись со смехом указывать на него пальцами.

— Деревенщина неотесанная, — стиснув зубы, пробормотал себе под нос Николас. — Следовало бы поучить их, как нужно вести себя в присутствии людей более благородного звания!

Дальнейшие события произошли слишком уж быстро. Рядом с ними остановился автобус, из которого вывалилось сразу с полсотни японских туристов, и все они защелкали своими камерами. Обнажив шпагу, Николас двинулся на них.