Русская рулетка

Симпатичная молодая докторша в белоснежном накрахмаленном халате терпеливо уговаривала группу граждан, столпившихся у ее окошечка:

– Извините, но я не могу вас пропустить, не положено.

Граждане, – а их было человек восемь, – все в одинаковых коротких дубленых куртках с букетами цветов в руках – по-восточному эмоционально возмущались:

– Как – не положено? У вас же сегодня приемный день.

– Ну и что? Приемный или неприемный – это не имеет никакого значения. В палату реанимации посетителей вообще допускать запрещено.

Но гости, горячие кавказские парни, не сдавались.

– Вах, дэвушка, посмотри, какие замечательные цветы! Разве они тебе не нравятся?

– Допустим, нравятся. Ну и что? – улыбнулась она.

Почувствовав слабину в ее поведении, кавказцы усилили напор."

"– Возьми, возьми себе этот букет! Разве он не прекрасен? Как он подходит к твоим глазам! Возьми букет, только пропусти нас!

– Ну я же вам сказала, – снова заупрямилась девушка, – что туда не положено, запрещено правилами.

– Девушка, какой ты злой!.. Наш друг лежит в этой палате савсэм один. Ему так тяжело, ему требуется поддержка, а ты здесь такой молодой, красивый бюрократ…

За окошком приемного отделения появилась строгая дама, тоже в белоснежном халате и, поправляя очки на некрасивом, полнеющем лице, спросила с металлом в голосе:

– Что здесь происходит?

– Вот, – начала оправдываться молодая докторша, – объясняю я им, что в палату реанимации пропустить никого не могу.

– Есть правила, мы понимаем, – снова загалдели гости. – Но из каждого правила есть исключения. Правда, дэвушки? Ми ведь савсэм ненадолго… Нам только взглянуть на друга и оставить наши маленькие подарки…

– Правила для всех одни: пациент, который находится в палате реанимации, нуждается в тишине и покое.

Дальнейшие переговоры ни к чему не привели, и тогда кавказцы стали шумно требовать встречи с главным врачом больницы.

– Главный врач занят, – ответила строгая дама, не желая уступать, однако, заметив, что несмотря на запрет, кавказцы готовы двинуться с цветами по коридору, дама воскликнула: – Хорошо-хорошо! Если вы так настаиваете, я сама передам ваши подарки.

– Кучуберидзе. Валерий Тенгизович.

– Кучуберидзе?.. – Дама проверила фамилию по журналу и наконец кивнула. – Да, он в палате реанимации со вчерашнего дня.

– Как там наш дорогой Валерий Тенгизович?

– Нужно сходить, узнать.