Русская рулетка

Панфилов остановился."

"Прикинув расположение внутренних помещений и количество окон с этой стороны особняка, он понял, что если Руслан и в самом деле в данной комнате, то он в ловушке. Окон в ней быть не должно.

Константин прислушался. В левом крыле особняка, по другую сторону холла, слышались короткие очереди «калашей» и редкие пистолетные выстрелы.

«Стас со своими зачищает помещение, – сообразил Панфилов. – Можно не торопиться».

– Руслан! – крикнул он в продырявленную пистолетными выстрелами дагестанца дверь.

В ответ в двери появились еще три дыры. Вырванная последним выстрелом из двери щепка воткнулась Панфилову в правую щеку.

Он поморщился и выдернул ее. По щеке поползла струйка крови.

Долго тянуть было нельзя. Шум наверняка привлек внимание милиции, и через несколько минут сюда слетятся «канарейки», «воронки» и прочие пернатые, на которых передвигаются муровцы.

– Что хатэл, гэрой? – раздался из-за двери хрипловатый голос, не утративший поток высокомерия, несмотря на явный разгром, устроенный Панфиловым и его людьми в особнячке.

– Где Хожахмет? – крикнул Панфилов.

– Твою маму имэет, – ответил голос из-за двери.

– Сейчас ты умрешь, Руслан, – сказал Панфилов громко, так, чтобы дагестанец хорошо слышал, и, не дожидаясь ответа, выпустил длинную очередь в дверь.

В двери появилась дыра, в которую можно было спокойно просунуть голову.

Константин ударом ноги распахнул ее и ворвался в комнату.

Дагестанец, голый по пояс, лежал на полу головой к двери, широко раскинув ноги в белых кальсонах, прижав голову к ковру.

Обеими руками он держал пистолет. Ствол смотрел Константину в грудь.

– Стреляй, Руслан! – крикнул Костя. – И молись своему аллаху!

Выстрелили они одновременно.

Пуля, ударив Панфилова в грудь, вышвырнула его из комнаты и припечатала спиной к стене напротив. Но он успел увидеть, как из заросшей волосами спины Руслана брызнули фонтанчики крови.

Кряхтя от боли в груди, Жиган поднялся и вновь вошел в комнату.

Руслан корчился на боку, пытаясь согнуть правую руку, перебитую пулей в предплечье, и направить ствол пистолета на Константина.

Костя перевел автомат на одиночные выстрелы и выстрелил ему в голову.

Руслан дернулся, выпрямился и затих.

– Жиган! – услышал Панфилов крик в коридоре второго этажа. – Шухер! Мусора!

Кричал, кажется, Мельник.

Только сейчас Панфилов услышал, что стрельба прекратилась и где-то еще далеко воют милицейские сирены. Звук приближался с каждой секундой.