Руины веры

— Мы в расчете, — при учете того, что сделал бы со мной Коэн, если бы что-то заподозрил, Райан, на самом деле, мне ничего не должен.

Его лицо светлеет. Он молчит несколько минут, запрокинув голову и смотря в редкие облака над головой, потом спрашивает:

— А ты-то сам, что думаешь, умник?

Похоже, так сосед и будет теперь меня звать. Ненавижу клички, но эта не худшая из возможных. Спорить настроения нет.

— Я думаю, что судьба Пола меня мало волнует, — нет смысла кривить душой. — Убить его — обезопасить себя на некоторое время.

Но, насколько я понимаю, вы здесь давно? — дожидаюсь кивка и продолжаю: — Отсутствие движения — это смерть, просто отсрочка, — четыре однообразных года на заводе почти превратили меня в зомби. — Место все равно нужно менять. Ты сам говорил, что Коэн во всем ищет смысл, так вот, я считаю, что убивать Пола смысла нет.

— Именно это я ему и сказал, — соглашается Кесседи. — Только Фред и не подумал слушать.

Молчу и раздумываю, как быть. Мне действительно плевать на арестованного члена банды, но и нет причин желать ему смерти.

Если Коэн послушает Кесседи, и мы уйдем из дома Рынды и Гвен, мне это определенно на руку. Кто знает, вдруг тогда главарь выйдет на связь с таинственными “богатыми друзьями”.

— Коэн не послушал тебя, потому что в первую очередь ты не хочешь убивать Пола, — говорю.

— С чего это ты взял, умник?

— Ваш спор вывел тебя на эмоции, — это очевидно.

Райан достает из кармана сигареты и снова закуривает. Ненавижу запах дыма. Отодвигаюсь подальше.

Раздумываю пару мгновений, потом и вовсе поднимаюсь на ноги. Миссия выполнена: информация получена, Кесседи немного отвлекся и перестал психовать, а значит, сможет поговорить с Коэном спокойно и донести до него свои веские аргументы.

— Пожалуй, пойду, — говорю, убирая руки в карманы и делая шаг по направлению к дому.

— Валяй, умник, — кривится Райан, но вполне себе добродушно.

Как старому другу, ну надо же.

13.

Возвращаюсь. Рид у дверей интересуется, что там с Райаном, но только дергаю плечом:

— Нормально, — и, все так же фальшиво прихрамывая, плетусь в свой отсек.

В подвале тишина, очевидно, все улеглись спать от греха подальше. Отличная идея, мне она нравится. Глаза слипаются. Мало того, что ночка выдалась бессонная, так еще и нервная.

Вешаю куртку на крючок и ложусь. Когда Кесседи вернется и переубедит Коэна, меня, наверняка, кто-нибудь разбудит и велит собирать вещи. Поэтому стараюсь выбросить из головы все мысли и заснуть.