Руль

Проскочив мимо товарища, сам можешь встать через пару километров."

"В общем, как ни крути, а Узкий мне действительно жизнь спас. И хоть я старался отодвигать этот довод подальше, особенно когда он просил камни взаймы, уйти сейчас совесть мне не позволила.

— А ты чё сразу растерялся, дружище? — произнёс Лапша почти в самое лицо приятеля и нервно засмеялся. — Да ты расслабься, мы просто побазарить зашли.

«Мы?» — мелькнуло в мозгу, и я обернулся к двери.

Та была всё ещё распахнута, а на крыльце стояли два мордоворота, скрестив руки на груди.

М-да, а задачка становится всё сложнее и сложнее. Уж с одним Лапшой мы бы как-нибудь справились, но сейчас… Нет, с ними я даже один на один связываться не рискну. Но ведь что-то делать надо? Или хрен с ним? Я ведь его даже не знаю. Гнев вроде говорил, что он денег должен, так выходит, это его трудности. А водитель — тот, который погиб — что-то про карты говорил. Так что, если сложить два и два, картина становится максимально прозрачной.

Но совесть всё-таки победила.

— Эй, отстань от него, — тихим голосом попросил я.

— Чё? — задал самый популярный вопрос Лапша. Он плавно, с некой ленцой, отпустил Узкого и направился ко мне. — Ну-ка ещё раз повтори, можно на ушко, а то я плохо тебя слышу.

В кабаке повисла гробовая тишина. Все с любопытством смотрели на то, чем закончится шоу. Снаружи доносились звуки дождя, которые с завидной частотой заглушали короткие очереди. Каждый раз, когда грохотал автомат или пулемёт, я вздрагивал.

— Ба-а, пацаны, да он совсем зелёный ещё, ха-ха-ха!– расхохотался Лапша.

— Слышь, новичок, давай вали отсюда, пока я добрый. Ну, если, конечно, не хочешь, за своего корешка долг отдать?

— Лапша, гадом буду, я завтра к тебе собирался. Это я новенького привёл, мне утром должны премию выписать.

— Закрой пасть, — указал в его сторону пистолетом тощий, при этом его голос перестал выражать дружелюбие. — Я не с тобой сейчас разговариваю.

— Сколько он должен? — спросил я и поморщился, потому что ой как не хотел расставаться с теми крохами, которые здесь называли «подъёмные».

— Ого, да у нас здесь гуманист, — развёл руки в стороны Лапша. — Три сотни. Ты что, действительно готов оплатить долг первого встречного? Послушай моего совета, заметь — бесплатного: лучше потрать свои камешки на что-то более полезное, чем этот кусок дерьма. Тем более что тебе там всё равно немного не хватает, примерно сотни две.

— Иди, я разберусь, — поддакнул Узкий.

— Уверен? — спросил я.