Руль

— Курево нести?

— Да, пару пачек, если можно, — кивнул я.

— Шесть камней, — бесцеремонно заявила официантка и протянула руку.

Я открыл мешочек и высыпал себе на ладонь десять прозрачных камешков. Выглядели они как обычные окатыши, каких полным полно на морском побережье. Разве что отполированные до идеального состояния. По форме и размеру чем-то напоминали таблетки «Нурафен».

Под удивлённые взгляды Узкого с Маринойя отсчитал шесть окатышей и протянул официантке.

— Вот же придурок, — непонятно о ком отозвалась она и подхватила с моей ладони всего один камень.

— Вы о коменданте? — на всякий случай уточнил я.

— А о ком же ещё⁈ Чтоб его красный приголубил! Значит, запомни: вот это стоит десять цветных камней. Все остальные идут один к одному, если конечно, они не рады.

— Кому рады? — не понял я.

— Господи, — Марина закатила глаза, — какие же вы тупенькие вечно проваливаетесь! Рады — это камни с пустоши. Такие у нас один к сотне считают.

— А откуда они берутся?

— Всё, некогда мне здесь с вами лясы точить. Сейчас сдачу принесу.

— Лучше сразу в жидкой валюте, — оживился Узкий. — А у тебя смена до скольких сегодня?

— Губу закатай. — Марина продемонстрировала приятелю средний палец. — Пиписька ещё не выросла.

— Она всегда такая? — кивнул я в сторону стойки, за которой скрылась девушка.

— Это она сегодня ещё в хорошем настроении, ёпт, — ухмыльнулся Узкий и отхлебнул за один глоток сразу две третьих кружки.

— Почему? — всё же спросил я.

— По кочану, ёпт, — огрызнулся приятель. — Не знаю я, сойдёт такой ответ?

— Ну, допустим, — согласился я. — А как отсюда выбраться?

— Вопрос, который ломает умы всех жителей этого мира, — философски подняв палец, ответил Узкий. — Никак. Никому ещё не удавалось это сделать.

— А откуда берутся камни? Их кто-то делает? И почему вы используете их как валюту? Разве нельзя такие подделать? У них ведь даже защиты никакой нет."

"— Тихо, тихо, не беги впереди паровоза, ёпт, ща всё по порядку.