Рождение

Замерев у угла, он некоторое время прислушивался, пытаясь уловить хоть какие-нибудь звуки, способные подсказать опытному уху, что же там такое творится в глубине, а затем, бросив взгляд в легкий сумрак противоположного проема и не заметив там ничего опасного, осторожно заглянул за угол. Там действительно был коридор – пустой и плавно изгибающийся, так что уже метров через пятнадцать-двадцать обзор перекрывала стена коридора. Иван так же осторожно скользнул к другому проему – пространство за ним выглядело абсолютно идентично.

Старший лейтенант задрал голову и задумчиво посмотрел на потолок. Вернее, его занимал не сам потолок, а тот, кто скрывался за ним. Значит, этот Змей Горыныч[12] решил его выпустить. Ну что ж, пойдем посмотрим, что эта тварь приготовила…

Изогнутый коридор оказался коротким – метров через сорок впереди замаячил другой проем, который вывел Ивана в огромный зал, часть которого он и смог увидеть, когда выпрыгнул сквозь потолок. Офицер остановился и огляделся. Змей Горыныч был здесь, и четыре его головы все так же висели странным ромбом над четырьмя концами огромного зала, ни на йоту не изменив своего положения с того момента, как он увидел их в первый раз.

Ну, вроде как. Он же впервые увидел этого Змея Горыныча в другом ракурсе, так что, если изменения были незначительными, вполне возможно, старший лейтенант не смог бы их уловить; Зал опоясывала не слишком высокая стена, в которой виднелись еще четыре проема. А ближе к центру находились какие-то непонятные конструкции. За ними же…"

"Иван чуть присел и тщательно ощупал окружавшую его обстановку взглядом опытного разведчика.

Первый закон разведки – непонятное опасно – здесь помогал слабо. Потому что непонятным было буквально все: стены, купол, свет, какие-то странные конструкций впереди, даже уже ставшая почти родной комната, которую он покинул. Но особенно этот фантасмагорический Змей, чье огромное тело, как выяснилось, вырастало прямо из пола в самом центре зала…

Минут пятнадцать спустя офицер разочарованно выпрямился.

За все время наблюдения ничего не произошло. Змей Горыныч все так же неторопливо извивал свои кольца, ни скорость, ни частота, ни амплитуда перемещений не изменялись. Остальное содержимое зала пребывало в неподвижности. Что ж, если внешний осмотр из проема коридора ничего существенного не дал – значит, следует изучить все подробнее с близкого расстояния. Старший лейтенант снова пригнулся и устремился вперед короткими перебежками, умело передвигаясь от укрытия к укрытию.