Рождение

И половина из них наблюдали за процессом с явным любопытством, а вторую половину зрелище ничуть не заинтересовало, из чего молодой офицер, на этот раз ограничившийся простым румянцем, сделал вывод, что подобные мероприятия здесь в порядке вещей… И лишь наткнувшись на, так сказать, процедуру в пятый раз, Иван рискнул притормозить и некоторое время понаблюдать за активно кувыркающейся парочкой, изо всех сил стараясь никак не реагировать на наблюдаемую картину. Ну, как минимум физиологически. Но схватку со своим молодым и здоровым организмом офицер позорно проиграл и потому принужден был довольно быстро ретироваться, а потом и сойти с тропинки, чтобы нырнуть под живописный водопад, низвергающийся с невысокой скалы, дабы чуть-чуть остыть и перестать с голодным вожделением пялиться на все встречающиеся по дороге женские фигуры.

Ведь все замеченные им в парке особы противоположного пола выглядели крайне привлекательно, а одеты были так, что, казалось, сами предлагали немедленно заняться с ними тем, на что он рискнул полюбоваться…"

"Иван вылез из-под водопада, отряхнулся, пригладил ладонью волосы и огляделся.

Эх ты, да он, похоже, дошел до города! Хотя это был очень необычный город. Никаких улиц, только дорожки, а вместо площадей и проспектов – заросли и пруды, среди них тут и там разбросаны здания – от совсем небольших, типа московских купеческих усадеб, на которые он успел насмотреться во время службы в Кремлевском полку, до огромных, вроде стадиона, куда их отряжали для оказания помощи милиции в поддержании порядка во время футбольных матчей. А еще тут были башни, от почти что рыцарских до чем-то неуловимо напоминающих Шуховскую, что-то вроде дворцов и нечто совершенно удивительное – дома, наполовину выстроенные из какого-то блестящего материала, чуть ли не стали, а наполовину врезанные в скалу, Иван хмыкнул и покачал головой. Ладно, разберемся, а теперь, раз уж он добрался до города, стоит оглядеться и посмотреть, где и как тут можно перекусить. А то после такого марш-броска под ложечкой уже посасывало…

Поужинать оказалось гораздо проще, чем ему представлялось. Когда Иван занял позицию на одной из вознесенных над морем террас, он заметил, как некоторые киольцы, развалившись на лавочке, просто протягивают руку к боковине и там мгновенно вырастает массивный куб, а в нем после неких манипуляций появляется какая-то ерунда, напоминающая еду весьма отдаленно, тем не менее ее с удовольствием поглощают.