Ромашка (СИ)

Его балахонистый плащ уже давно висел на стуле. Оставив эльфа снимать вещи, Нила прошла за ширму, освежиться и переодеться. После подвала опять захотелось в бочку с горячей водой. «Ничего, — успокаивала себя девушка, — еще один день и все, конец этой утомительной дороги». Холодная вода принесла облегчение, а теплое домашнее платье согрело. Расчесывая волосы, Нила вышла из-за ширмы, и опешила: эльф стоял посреди комнаты в одном исподнем.

— Так достаточно или все снимать? — Спросил он ровным голосом, опять нацепив на лицо маску покорности.

— Совсем спятил? — Нила не знала, смеяться или возмущаться. — Хотя, пусть будет. Так даже лучше. Ложись на кровать, на спину.

Уложив эльфа, Нила принялась водить руками над его телом, начиная с ног, отмечая новые ушибы, убирая их, заодно воздействую на шрамы. Под ее руками они светлели, сглаживались. Перешла к животу, отмечая и тут синяки, но никаких внутренних повреждений не было. Наконец, лицо. Нда, энергии хватало только на заживление нового пореза. Но если его сейчас убрать, то даже шрама не будет.

Не нужно было слов, она и так все поняла. Он и правда думал, что накажет? Погладила его лицо свободной рукой. Рано или поздно магия позволит его отпустить.

И эта мысль в данный момент вызывала не облегчение, а печаль.

Контакт глаза в глаза и ладоней прервал звук шагов и открывающаяся дверь. Сначала вошел Сезарио, неся один поднос, с тарелками. За ним, опустив глаза и покраснев, как заметила практически обнаженного эльфа, зашла служанка, неся еще один поднос, на котором стояли, помимо тарелок, еще и два кувшина. Девушка споро расставила содержимое подносов и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Некромант запер дверь на ключ и растянул внутри помещения щит, скрывая разговор от посторонних ушей.

— Я смотрю, вы тут времени зря не теряли, — не смог не отметить внешний вид эльфа.

— Да, латаю потихоньку, — Нила не стала поддаваться на провокацию. — А ты как, ничего не болит?"

"— Меня уже Фиа «подлатала». — Ответил некромант, разливая отвар по кружкам.

Нила дернулась, но ничего не сказала.

Ели молча, после всего случившегося у девушки проснулся зверский аппетит, мужчины от нее не отставали.