Ромашка (СИ)

 — Сделал весьма странный вывод из ее молчания некромант и затушил огонек.

Еще секунда и она уже лежит на кровати, пытаясь отбиться от настойчивых рук нарина.

— Т-с-с-с, — легкий шепот на ухо, — пожалуйста, я хочу только помочь. Никто об этом не узнает, обещаю. И ты меня больше не увидишь.

От этого заявления Нила даже немного растерялась и перестала сопротивляться:

— Почему не увижу?

— Практик совместных у нас на этой неделе больше нет, а потом ты уедешь. — Некромант хмыкнул. — Но, если ты хочешь, я к твоим услугам до самого отъезда.

— Да ты меня и так достал!

— Хорошо, значит, только сегодня. — Каков наглец! Ну, зараза!

Девушка взбрыкнула и только теперь поняла, что, пока они шептались, некромант раздевался сам и раздевал ее. Горячие руки некроманта уже скользили по ее немного прохладной коже, вызывая почему-то не отвращение, а, напротив, трепет и желание. Жадные, немного раваные движения заставляли хотеть большего, и с каждым движением некромант все больше затягивал ее в омут, из которого только один выход.

Он не был нежен, но сейчас ей это совсем и не нужно. Тело просило, умоляло. Раздев их полностью, он лег на девушку сверху и сразу проник, медленно, но без прелюдии. Нила выгнулась навстречу, обнимая и прижимая к себе. И только теперь последовал крышесносный поцелуй. Мужчина отдавал ей свою страсть полностью, раскрывался, впускал в себя и требовал в ответ того же.

— Ты даже не представляешь, как мне хотелось нагнуть тебя сегодня там, на практике, а еще больше в лечебнице, там столько укромных мест…

— Идиот…

— Сезарио, у меня есть имя, строптивая ты моя.

— Ох, Сезарио… — Нила уже забыла, что еще полчаса назад он ее, как минимум, раздражал.

— Да, моя сладкая, ты сегодня в этой комнате, словно долгожданный подарок. Такая чувственная, красивая, возбужденная…

Некромант все шептал и шептал, беря Нилу так, как может брать мужчина, который привык к власти и подчинению окружающих.

— Вот так ты мне нравишься гораздо больше, покорная, изнемогающая от страсти. Тебе ведь нравится? Отвечай! — С последним словом он врезался в податливую девушку с оттяжкой.

— Даааа…

— Я хочу, чтобы ты это помнила, уезжая на практику. Меня. И помнила, что тебя тут будет ждать по возвращении.