Ромашка (СИ)

— А ты бы спросила? — Хмыкнула Дельфина, с иронией взглянув на шатенку.

Та задумалась.

— Ты права, — наконец медленно произнесла она. — Даже если бы и спросила, мне бы тут же постарались напомнить о том, что моя жизнь, как женщины, бесценна. И как матери наших будущих детей, еще должна быть и беспечна, и обеспечена. А всеми грязными делами будет заниматься мужчина.

Дельфина присвистнула:

— Деспот и тиран. Угораздило же тебя, воина, и с таким закоренелым традиционалистом сойтись.

Марика рассмеялась и глаза ее вспыхнули нежностью:

— Он самый лучший, хоть и сильф.

— Так ты мне поможешь? — Дельфина внезапно решила пойти напролом.

— В чем именно? — Ответила вопросом на вопрос, прищурив глаза, истинная Майта. И в глазах ее уже подрагивал слабый, но уверенный в себе, огонек интереса.

— Мне надо как-то узнать, что планируют делать мужчины и, собственно, куда именно влез мой. И уже, исходя из этого, двигаться дальше.

Марика задумалась и через некоторое время выдвинула ответное условие:

— Я пойду с тобой.

Дельфина широко улыбнулась:

— Кто же откажется от добровольной помощи, — сказала она. — И по поводу рабов… Не знаю, что тебе сказал твой сильф, но один из этих двоих Ниле супруг. Как думаешь, в каком состоянии она осталась?

Марика закусила губу, испытывая стыд. Ни она, разрываясь между учебой и Майтом, ни Олли и Ганс, поглощенные своими делами и друг другом, не нашли времени навестить целительницу. Хоть весь город и «стоял на ушах», обсуждая случившееся.

— Ты хочешь сказать, что он женился на ней и бросил?

— Ну, получается так… Смутная какая-то история. Только что они были счастливы, а проснулась она уже одинокой. И второй, Ван, кажется…

— О! — Воскликнула эмоциональная Марика.

— Уж я бы его поздравила… — Со злостью прошипела Дельфина.

Она, может, даже в подробностях описала, какие именно поздравления пришлось бы принимать Тэю, но в этот момент Марика внезапно к ней подскочила и, дернув за руку, толкнула за дерево, одновременно и сама вжимаясь в ствол.

Дельфина осторожно выглянула — у двери, за которой недавно исчез Ткахт, топтался какой-то сухонький старичок.