Ромашка (СИ)

Так, Нила в своих раздумьях, а сильфы и эльф в мрачном расположении духа, они подошли к дому травника.

У подножия лестницы, ведущей наверх, на второй этаж, их уже ждали.

Олли и Марика, обе в серой ученической форме, сидели на нижней ступени. Ганс, Аннет и Трион стояли, подпирая стенку дома. Все пятеро напряженно смотрели на приближающуюся группу.

Сильфы и эльф остановились.

Нила не сразу поняла, что происходит, увидев же недавних сотрапезников, застыла, закусив губу. Стало неловко, неприятно.

Стыд тягуче разливался румянцем по лицу.

— И с каких пор у людей родственники сильфы? — Растягивая слова спросила шатенка.

Нила пожала плечами, но глаз не отвела:

— Сказала бы правду и что? Вас всю жизнь учили с ними сражаться и убивать. Приговор, вынесенный вчера на площади, хорошее тому подтверждение.

— А тебе их, значит, жалко? — Диковатый на вид и мощный Ганс подозрительно прищурился.

— Вы не поймете. Я — целитель. Больше целитель, чем некромант. Убивать для меня — это противоестественно.

Ван взял ее за руку и от его ладони пошло успокаивающее тепло, она ухватилась за него, как за единственную опору.

— Ладно, ребята, хватит. Не за этим же пришли. — Марика внезапно встала и, обернувшись назад, подняла что-то со следующей за ней ступеньки. Этим ""чем-то"" оказалась большая корзина, накрытая тканной салфеткой.

Нила непонимающе обвела взглядом оборотней.

— Пригласишь? Мы еды принесли…

Нила кивнула, пытаясь сдержать слезы облегчения и благодарности. Она первой прошла наверх, открыла двери и прошла в комнату, где без сил опустилась на диван.

Все еще хмурясь, за ней зашли сильфы и расположились стоя сзади дивана.

— Ну прям королева. — Пробурчала Олли. Нила попыталась было встать, но оборотница опередила. — Сиди уже, мы сами. Кухня в той стороне?

— Госпожа, я провожу? — Эльф старательно пытался не выбиться из роли.

— Да, проводи. Ван, Майт, вы бы тоже присели. Все равно помощи от вас никакой.

Сильфы опустились на пол, где минутой раньше сидел эльф.

Пока Тэй, Олли, Марика и Аннет ходили на кухню за приборами, Ганс и Трион расположились на двух креслах.