Романов #06

В-третьих, речь идет о Рюриковичах, а судьба боярина Морозова наглядно демонстрирует, что ждет того, кто посмеет вмешиваться в ваши дела. В-четвертых, соваться на территорию чужого государства без подготовки и поддержки, заранее зная, что все должно пройти в тайне, это ненужный риск. Подчеркну: ненужный мне лично, князю Демидову, чьим наследником я являюсь, и князю Романову, к семье которого принадлежу.

Царица покачала головой.

— Ты уже делал это, когда работал с армейской разведкой под псевдонимом, — напомнила государыня.

— И Михаил II признал, что моя служба больше не требуется, — кивнул я. — Так что призвать меня к сознательности, упирая на не имеющие силы документы, не выйдет.

Она поджала губы.

— Вопрос в цене, Дмитрий? Правильно я тебя понимаю?

— Неправильно, — покачал головой я. — Я предоставил тебе лично самую лучшую защиту в мире, а ты, прости за откровенность, не смогла ей воспользоваться. Снова совершила ошибку.

На лице государыни не дрогнул ни один мускул.

"— Речь идет о престиже всего нашего царства, — чуть надавив голосом, сказала она. — Соколов вступает в должность губернатора Москвы, и такой урон репутации для его рода поставит под удар план царя. Нельзя, чтобы столицей управлял слабый аристократ. Тем более аристократ, на которого могут повлиять внешние враги, похитившие его дочь. Кроме того, похищение также повлияет на репутацию государя, ведь пропал член делегации Русского царства.

— И ни в первом, ни во втором случае я не имею к этой проблеме никакого отношения, — усмехнулся я, глядя на собеседницу.

Она помолчала несколько секунд, не сводя с меня недовольного взгляда.

— Что ты хочешь за свое участие? — с тяжелым вздохом, демонстрирующим, как ей сложно общаться со мной, спросила царица.

Я поднял взгляд к потолку, делая вид, будто действительно размышляю о цене.

Это ведь так просто — переложить всю ответственность на плечи мальчишки. К тому же я ведь уже неоднократно позволял себя использовать ради блага Русского царства. Так что неудивительно, что она хочет разыграть уже не раз испытанную карту.

И более того — я уверен, что Михаил II понятия не имеет об этом разговоре. Как и Соколов.