Изменить нельзя простить (СИ)

— Твою мать, презервативы, — выдохнула я, осознавая, что секс был незащищенным.

Глава 48

— Я чист, — быстро сказал Кирилл, не давая мне соскочить с шезлонга. Я, вытерев неуместные слёзы со щёк, чуть не сорвалась в первую настоящую истерику. Но Кирилл успокоил. — Хочешь, завтра все анализы принесу?

Он обнял меня и перетянул на себя, размазывая по нашим телам свою сперму, а я не знала, что сказать. Тело дрожало от пережитого оргазма, в голове пульсировали мысли про случайные беременности, заболевания, мои слёзы, что Кирилл бабник.

— И вообще, это такое дерьмо — гондоны. Даже не щёлкнуло ничего, когда вошел в тебя… — признался Кир, приподнимая мне лицо за подбородок. Острый язык ворвался в рот и заставил вообще забыть, о чем идёт речь. — И я не кончил в тебя…

Я прикусила Кирилла за нижнюю губу, не зная, как донести, что прерванный половой акт вообще не гарант того, что беременности не будет.

Господи, взрослый мужчина, а так относиться к личной безопасности.

— То есть тебя мое здоровье не волнует? — наконец смогла сказать я. И хотя недовольство звучало в голосе, мое сердечко билось так громко, словно дурное, и требовало ещё раз повторить то, что только что было.

— Ты порядочная замужняя женщина. О чем мне волноваться? — беззаботно откликнулся Кирилл.

— А беременность тебя не волнует? — ещё более едко уточнила я и скользнула рукой по животу Кирилла. Вязкая сперма размазалась и по нему тоже. Я пробежалась по влажным островкам пальцами и дотронулась кончиками до головки члена.

— А почему меня должно это волновать? — все же нашёл силы уточнить Кирилл, и я от волны возмущения и злости обхватила член рукой. Кир выдохнул и прижал меня рукой сильнее к себе. Его пальцы пробежались мне по позвоночнику, обрисовывая каждую выпуклость. — Дети не приговор. Захочешь — родишь. Нет — тоже решим…

Ну спасибо, честное слово, что во множественном числе.

Я убрала его руку со своей талии. Встала с шезлонга. Обернулась за полотенцем.

— Что не так, Ева? — догнал меня голос Кирилла. Я спрятала глаза, не желая отвечать. В конце концов, кто я такая, чтобы Кир переживал или заботился о моем состоянии. Ну залечу я, откупится. Ему, видимо, не в первый раз.

В носу защипало.

Почему-то сейчас я слишком остро ощущала, какими могут быть слёзы. Вот такими как сейчас, от обиды.

— Все так, — отмахнулась я.