Роковое сокровище

 — Ее зовут Кристен, и она на несколько лет старше Джиллиан.

— Семья наверняка из предосторожности изменила ее имя, — вмешался Бродик.

— Однако я надеюсь, что Брисбейн и Отис узнают, кто она. От них ничего не ускользает.

— Может, и я пригожусь, — заметил Гидеон. — У моего отца память еще крепкая, и он давненько знает Макферсонов. И хотя он ненавидит их, однако ссор не затевал. Кроме того, его сестра была замужем за Макферсоном. Она вскоре умерла от побоев муженька, и отец этого не забыл. Однако если попрошу, он поможет.

— Отец Гидеона неудачно упал и сломал ногу, — пояснил Рамзи. — Рад слышать, что он поправляется. Одно время мы боялись, что он не вытянет, и Гидеону пришлось мчаться домой, чтобы побыть у его постели.

— Если он не сумеет ходить, то скорее умрет, чем станет влачить существование немощного калеки, — добавил Гидеон.

— Так тому и быть, — согласился Рамзи. — Чем скорее поговоришь с отцом, тем лучше. Брисбейн и Отис так боятся за Макферсонов, что будут тянуть до последнего, а времени у нас нет. Ты же получишь все сведения, в которых мы так нуждаемся, задолго до того, как они решатся сказать правду.

— Кристен может объявиться и по своей воле, — предположил Дилан.

Гидеон пошел было к двери, но, передумав, вернулся.

— Лэрд, ты говорил что-то насчет Англии. Но когда точно мы туда собираемся?

— Не знаю… пока, — вздохнул Рамзи. — Джиллиан не выдала имен тех англичан, что держали Алека в плену и сговаривались с изменником.

— Но почему она молчит? — недоумевающе спросил Гидеон.

— Считает, что, как только мы все узнаем, немедленно отправимся в поход и тем самым подвергнем опасности жизнь ее дяди. И еще боится, что я заставлю ее остаться тут.

— Но ведь ты именно так и поступишь, верно? — хмыкнул Рамзи.

— Трудно сказать, — протянул Бродик. — Ты ведь знаешь, как своевольна Джиллиан.

— Поэтому тебя к ней и тянет, — справедливо заметил Рамзи.

Бродик покачал головой.

— Как я могу требовать от нее доверия, зная в глубине души, что собираюсь это доверие предать? Черт, просто ума не приложу, что делать. Нарушить слово немыслимо, но и подвергнуть ее опасности невозможно.