Ритуал для призыва профессора (СИ)

— Если я отвечу, это хоть как-то повлияет на наши отношения?

Его взгляд стал тяжелый и в то же время какой-то ранимый.

— Нет, мне все равно, я просто хочу услышать ответ. Не хочу, чтобы ты скрывал хоть что-то. Все отношения строятся, прежде всего, на доверии. А как мне расслабиться рядом с тобой, если я знаю, что ты скрываешь даже такие мелочи?

— Мне двадцать шесть лет, — ровным голосом ответил Хаул. — Я самый молодой храмовник храма Тагрунса и на данный момент самый сильный.

— Зачем скрывал? — недоуменно поинтересовалась я, а самой стало даже смешно.

— В нашем обществе, Ирина, женщины считают дурным тоном заводить отношения с мужчиной младше себя или даже с ровесниками. Многие нас не поймут, кто-то даже начнет судачить. Но я все равно не отступлюсь и буду вызывать на дуэль каждого…

— Уймись, Отелло, — я рассмеялась, — сам же говорил, что я иномирянка и вообще не обязана следовать вашим принятым нормам. Мне действительно не важно, что ты младше, Хаул.

Он заметно расслабился и, поднеся мою ладонь к лицу, поцеловал запястье с тыльной стороны, смущая меня.

— Свидание? — проказливо спросил он.

— Ты уже сидишь на свидании, — серьезно заявила я. — Считай, ты приглашен на ужин знакомиться с семьей, — я кивком головы указала на сражающегося с ложкой Дрюню.

Тот замер, покосился на меня, потом на Хаула, и, тяжко вздохнув, все же сдался, отложив столовый прибор.

Вид у него был такой расстроенный.

— Не беда, чешуйчатый, научишься. А пока, давай так, — Хаул забрал у дракончика тарелку с картошкой и, взяв другую, сложил в нее вымытые овощи и поставил перед дриком. — Хрусти, мелкий.

За столом снова воцарилась идиллия.

— А твоя семья, Ирина? — Хаул, понаблюдав, как дракончик хрустит морковкой, обернулся ко мне.

— Никого, — ответила я, не задумываясь. — Родители погибли, когда я была ребенком. Бабушку и дедушку я тоже схоронила. Тетя осталась, но я видела ее редко. Близки мы никогда не были.

— А жених? — взгляд некроманта стал колючим.

— Расстались, — отмахнулась я, — для тебя это важно?

— Я не хочу ни с кем тебя делить, даже с воспоминанием.

— Он был в моей жизни, и мне даже казалось, что я люблю. Прими это.

Хаул кивнул.