Ритуал для призыва профессора (СИ)

Но в этот раз поцелуй был глубже, агрессивнее и увереннее.

— Ужинать? — тихо шепнула я, когда у нас хватило сил оторваться друг от друга.

Развернувшись к обеденному столу, я смутилась, а потом, не выдержав, засмеялась.

Собственно ужин уже стоял на столе: помимо тушеной картошки, дымящейся в тарелках, я обнаружила и крупно порезанные овощи, и икру на блюдечке, которое Дрюня подвинул ближе к моему месту. Я предпочитала сидеть у печи и вот уже пару дней неизменно занимала один и тот же стул.

— А я его еще оживлять не хотел, — сокрушенно вспомнил Хаул и повел меня к столу, — никогда не видел столь сообразительно и расторопного дрика.

— Мой Дрюня самый лучший дракончик и это неоспоримый факт."

"Выдвинув для меня стул, Хаул подождал, пока я сяду, а после взял еще одну чистую тарелку и, насыпав в неё картошку, поставил на стол.

— Ну, раз такой умный и способный, то осваивай это, — Хаул вручил дракончику ложку.

— А разве он может так есть? — усомнилась я.

— Посуду мыть может, на стол собирать тоже, чего бы ему и сидеть с нами за одним столом не научиться.

— Нет, конечно, я ""за"", но будет ли удобно Дрюне?

Ответ мне не понадобился. Дракончик, поняв, на что именно ему дали дозволение, ловко забрался на стул и опустил ложку в тарелку.

— Ну, вот, приятного всем аппетита, — усмехнулся храмовник.

Глядя, как Хаул ест, я не могла поверить в происходящее. Я снова поверила мужчине. Как решилась только?! И как же быстро все случилось.

— Хаул, а что с нами будет дальше? — тихо спросила я.

Некромант замер на мгновение и расплылся в мальчишеской улыбке. Сейчас он казался юношей.

— Откуда же мне знать, — беззаботно ответил он.

Я опустила взгляд в тарелку. Не это я хотела услышать, совсем не это.

— Ирина, что я сказал не так.

Я качнула головой и продолжила ужинать, как ни в чем не бывало. Словно и не было этого вопроса.

— Я не знаю, что будет дальше, милая, — Хаул же напротив, решил продолжить этот разговор.

Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Именно об этом я и мечтала.

— Просто поговори со мной, — протянув руку, Хаул накрыл мою ладонь своей и сжал. — Чего ты боишься, Ирина? Почему замыкаешься в себе, не подпуская ближе?

— Сколько тебе лет, Хаул? — этот вопрос вырвался сам собой.