Резонер

– Перехитрил, – сказал, злобно улыбаясь, Викинг, глядя на Дронго и Вейдеманиса. Было не совсем ясно, кому он адресует эти слова.

– Ты опять сбежал, Викинг, – с трудом сдерживая гнев, сказал Дронго. – Только учти, что на этот раз твои друзья тебе не поверили. Мне звонил Кахи Батумский. Тебя вызовут на «суд чести». И я не думаю, что у тебя будут шансы оправдаться. Все узнают, что ты не только убийца и негодяй, но и стукач.

Викинг взглянул на него побелевшими от бешенства глазами. Стоявший рядом бандит испуганно отодвинулся в сторону.

– Стоишь с оружием и меня ругаешь. Герой, – пробормотал Викинг. – Я бы такого одной рукой раздавил.

– Я не против твоего сотрудничества с органами милиции, – продолжал дразнить его Дронго. – Это благородное дело – бороться с преступностью. Но теперь о твоих «заслугах» узнают все преступные авторитеты.

– Ты нас сдаешь «мусорам»? – не поверил своим ушам стоявший рядом с «Викингом» бандит. – Это ты нас сдаешь?

– Глупости! – крикнул Викинг. – Я никого не сдаю.

Он врет, не верь ему! – Он начал ругаться."

"В этот момент сверху послышались шаги. Кто-то спускался по лестнице. Дронго потерял бдительность только на мгновение. И сразу Викинг бросился на него. От сильного удара Дронго отлетел в угол. Оружие выпало из его рук. Второй бандит побежал по лестнице вниз.

– За ним! – крикнул Дронго Вейдеманису. – Беги за ним!

Викинг был мощнее и сильнее Дронго. Но то, что он услышал от своего врага, явно выбило его из нормального состояния. А Дронго вдруг почувствовал прилив сил.

Наконец-то свершилось то, о чем он мечтал. Они сцепились в жестокой схватке, и теперь только физическая сила могла решить, кто из них останется в живых. Мощный Викинг пытался дотянуться до горла Дронго, но тот умело защищался и наносил своему сопернику чувствительные удары. Откуда было знать Викингу, что в этот момент Дронго вспоминал фотографию, на которой была семья Арзуманяна? Откуда было знать негодяю, что перед ним был человек, поклявшийся найти убийцу? Дронго бил изо всех сил, вкладывая в удары всю свою ненависть к негодяю, всю свою злость, накопившуюся за время расследования, всю свою боль за незнакомых людей, погибших в огне сгоревшего автомобиля.

Викинг почувствовал, что уступает. С окровавленным лицом, с выпученными глазами, он продолжал драться, царапаться, кусаться, лишь бы не проиграть. Но силы его были на исходе, и он все чаще пропускал удары.

– Будь ты проклят! – хрипел Дронго. – Это тебе за детей.