Иллюзия греха

Но сегодня была пятница, завтра ему на работу не идти, и, когда Ира пришла домой, он еще не спал. Услышав ее осторожные шаги, жилец вышел на кухню.

— Что, Ирочка, остались мы с вами вдвоем? Пополнения не ожидается?

— Через два дня, — ответила она, отрезая себе кусок хлеба и доставая из холодильника дешевый маргарин.

— И кто на этот раз?

— А, — она небрежно махнула рукой, — такой же, как Шамиль.

— И как вы не боитесь, — покачал головой Георгий Сергеевич. — Такая публика сомнительная, и приводят сюда Бог знает кого.

Даже я боюсь, а уж вы-то...

Ира твердо помнила наказ Стасова и его друзей из милиции про проверки никому не рассказывать, потому и не стала успокаивать боязливого жильца.

— Да ладно, чего там, не убьют. Конечно, мне бы лучше найти второго такого, как вы, да где ж такого взять. Расскажите лучше, какое кино сегодня по телеку смотрели.

— Хотите сыру? — предложил жилец. — Я купил сегодня чудесный сыр. И колбаса есть хорошая. Давайте я вам отрежу, а то вы все время хлеб с маргарином жуете, это же так вредно.

Конечно, вредно. У нее и прыщи с лица не сходят, потому что все время ест хлеб с этим дурацким маргарином, напичканным химией и всякой прочей гадостью. Но зато дешево. А она должна экономить. Однако побираться у жалостливого жильца она не будет ни за что на свете. Лучше умереть.

— Я в ресторане поела, официанты подкинули, — выдала она дежурную отговорку. — Сейчас просто так пожую, для порядка, и спать пойду. А вы чего не ложитесь?

— Не спится. С бывшей женой разговаривал, расстроился, все не успокоюсь никак.

— Скандалила? — догадалась Ира. — Ух, сука! Я бы ее своими руками придушила. Такого хорошего человека обижает. И как не стыдно, ей-Богу!

— Не надо так, — мягко остановил ее жилец. — Она хорошая женщина. Просто характер тяжелый. Кстати, Ирочка, я совсем забыл вам передать, вам звонил какой-то мужчина, ваш бывший сосед.

— И чего сказал? — насторожилась Ира.

— Просил, чтобы вы ему позвонили."

"— Угу, — буркнула она, откусывая бутерброд. — Ладно. Дядя Владик.

Конечно, в ее возрасте смешно называть кого-то дядей или тетей, пора уже переходить на имена-отчества, но Стасов всегда был для нее дядей Владиком. Когда он переехал в их дом, Ире и десяти лет не было еще. Дочка у него совершенно замечательная растет. А жена, тетя Рита, — сука. Мало того, что развелась с таким мужиком, так еще и водит к себе какого-то мерзкого типа. Для Иры Терехиной все женщины, не умеющие ценить хороших мужиков, были суками. И тетя Рита сука.