Реванш (СИ)

Но едва лидер Киаркнеров выбрался наружу, послышался быстрый и короткий пшик. Его отбросило в сторону с такой силой, словно скоростным поездом сбило.

Тело Оайкена грохнулось на стену ангара, затем медленно сползло вниз, оставляя на гнутой поверхности стальной стены зеленовато-бурый след. Правое плечо псионика было разорвано чуть ли не пополам. Конечность оторвало. Но он был еще жив — поднимал руку.

Я почувствовал, как меня ухватило за ногу и потащило к нему.

Секунда.

Другая.

И тут жахнул фазер — в тело серьезно раненого, но все еще очень опасного Оайкена, попал мощный сгусток энергии, способный прожечь танковую броню.

Ошметки, куски хитина и мяса, элементы брони и слизь — все разлетелось в разные стороны. Заодно досталось и мне — облепило зеленым дерьмом по самые уши.

— Ф-шух! — из последних сил выдохнул я, языком чувствуя, что часть зубов у меня осталась где-то на бетоне, а рот заполняется кровью. Всю кожу дико жгло, болели сломанные ребра. Я уже с трудом воспринимал реальность… Было ужасно больно!

Бетон вздрогнул.

— Он жив? Жив?! — чуть ли не истерично кричала в микрофон Анна, с трудом различая в прицеле, что мое переломанное и окровавленное тело лежит на бетоне, в луже потрохов поверженного Оайкена.

— Жив! — торопливо ответил Ферт.

— Где Кхрейн? — кашляя и захлебываясь кровью, пробормотал я.

— Я посмотрю! — Барнс подорвался и скрылся в проломе стены ангара.

Но больше я тогда ничего не узнал. Сознание отключилось, на организм обрушилось истощение — коктейль Ферта перестал действовать. Захлестнула запредельная боль, слабость. Глаза закрылись сами собой. Никакой человек не выдержал бы…

* * *Мы победили!

Прошло уже несколько дней.

Я пришел в себя и даже немного восстановился. Даже дорогущие медпаки, с трудом справились с моими проблемами. Сломано четыре ребра, серьезно повреждена печень.

Учитывая мое состояние, нужно было поменьше использовать химии, предоставив организму закончить восстановление самостоятельно. На этом и сосредоточились. Ферт старался как мог.

Да, мы победили!

План сработал, пусть и не так, как я рассчитывал. Ну, не совсем, но почти.