Реванш (СИ)

Думаю, медпаки, стимуляторы и помощь доминаторов — все это в комплексе и сохранило тебе жизнь. Да и не удивлюсь, если у тебя, из-за развития пси-способностей, появилась собственная, естественная регенерация, которая значительно выше, чем у обычного человека. И у меня тоже. Так Ферт сказал.

— Ферт вообще бог медицины, — согласился я с Анной. — Даже не верится, что он простой ротный медик. Он применяет медпаки так, что те работают на пределе своих возможностей.

С минуту лежали в обнимку, слушая, как тихо стучат наши сердца.

— Как ты себя чувствуешь? — Энн легонько провела ладонью по моему протезу. — Она теплая, почти как кожа. Но жестче и тяжелее.

— Я почти их не чувствую. Есть такое понятие как фантомная боль, так вот ее, как таковой, нет. Но мне кажется, будто и рука, и нога — мои. Чего не скажешь о тактильных ощущениях. Рука есть, я ее чувствую… Но, для меня нет разницы, что именно я держу в ней. И это странно.

Энн промолчала.

— Не представляю, каково это.

— Док сказал, что ничего подобного он еще не видел.

— Хм, интересно. Почему Доминион?

— Так они сказали, — я на мгновение задумался. — Есть тут у меня одно предположение, касательно того, какая сила стоит за созданием этого самого Доминиона. Я, конечно, могу сильно ошибаться, но… Многое из примененных им решений мне, так или иначе, но знакомо.

— И что же за предположение?

— Ну-у… Я же говорил тебе, что прибыл на Каллипсо испытывать новые типы вооружения, так?

— Да. Во время нашей первой встречи в душе, — улыбнулась Энн, снова прижавшись ко мне всем телом. — Что-то про «Тахиона».

— Я создал уникальный, самообучающийся искусственный интеллект. Назвал ее Авой. Ее ничего не сдерживало, не было почти никаких ограничений. Только основные законы робототехники. Внедрил ее в навороченный во всех смыслах скаф.

— К чему ты клонишь?

— Во время высадки, этот скаф получил непредвиденные повреждения. Я потерял сознание, а когда очнулся, то почему-то энергия была на опасном минимуме. И я не могу понять, как так получилось. В общем, все, что мне оставалось — пересесть в другой, куда более примитивный скаф. Попался почти неповрежденный «Скаут». В общем, пришлось бросить мой «Тахион» прямо там, в ущелье. А когда на утро я решил его отыскать, то не нашел.