Ренессанс

Если чего и стоило бояться, так это мести Гедеона. Вспомнив, как он подставил Оливера, я уже было испугался за жизнь Скэра. Нет, мне ни в коем случае нельзя что-либо о нём говорить.

– Нет. Он тут ни при чём. – И, набравшись храбрости, я произнёс сквозь зубы: – Отпусти меня.

Гедеон демонстративно поднял мою руку на уровень глаз и сжал запястье. Почудилось, что ломаются кости, но я не издал ни звука. Гедеон словно хотел запечатлеть на коже свой отпечаток, чтобы, где бы я ни находился, этот след был со мной как напоминание о его власти.

Он усмехнулся, а по моей спине прошёл холодок. Гедеон продолжал с силой сжимать запястье, как будто ждал, что я стану умолять его. «Если останутся синяки, – отстранённо подумал я, – придётся их прятать под длинными рукавами».

– Габриэллу повезли к врачу? – спросил он.

– Да… я не хотел, она просто… она сама… – растерянно выдал я.

Неужели Гедеон пришёл наказать меня? Но вместо этого он лишь произнёс:

– Ты её разбаловал, позволяя многое, и теперь пожинаешь плоды.

– Что? – У меня натурально отъехала челюсть.

– Ты позволяешь многое и своему полукровке. Не покрывай его. Тебе это дорого обойдётся, – понизив голос, добавил он. Почти совет от старшего брата. Я ожидал упрёков, угроз, запугивания, но в этот раз голос Гедеона звучал… обеспокоенно?!

Он отбросил мою руку в сторону. Запястье горело, но я сдерживался, чтобы при нём не начать с остервенением растирать больное место. Закусив губу, я грозно нахмурился, но Гедеон и бровью не повёл.

– Что ты имеешь в виду?

Но он лишь повернулся и устремился прочь, потеряв ко мне всякий интерес.

– О чём ты?! – бросил я ему вслед.

Проигнорировав вопросы, Гедеон скрылся за углом. Постояв ещё немного в коридоре, я развернулся и в растрёпанных чувствах побрёл в свою комнату. Запястье ныло, но в целом я ещё легко отделался.

Войдя в комнату, я не стал включать свет. Хотелось лечь в кровать, зарыться в одеяло и сразу уснуть, чтобы день поскорее закончился. И тут кто-то со спины прикрыл мне глаза ладонью.

– Угадай кто? – игриво произнёс знакомый голос над самым ухом, и я с большим удовольствием ткнул его острым локтем в бок.

– О-о-о, – простонал Скэриэл, согнувшись в три погибели.

– Где ты, твою мать, был всё это время? – набросился я на него, схватив за грудки и начиная с остервенением трясти.

– Оу. – Меня его междометия начинали нехило так злить.