Реки не замерзают

Молчал Петр,

хотя и уверен был, что и у них в деревне не хуже: «Колхоз наш тоже не бедный, -

думал, - река рядом с домом, а тут одни мочила…»

Оба они уж вернулись

из армии: Николай три года назад, он механизатором теперь работал в родном

колхозе «Красный Изборск»; Петр же только что. Побыл недельку дома и сразу

сюда, на свою вторую родину: и раньше он тут часто гостил, и теперь приехать

посчитал своим первым долгом.

— Жениться-то

не надумал? – спросил он Николая.

— Нет пока, -

ответил тот, снисходительно глянув на друга.

учиться поеду в город.

— На кого? –

удивился Петр.

— Не решил

пока, но поеду. Тебя ведь отец, небось, пристроит куда, а мне надо самому жизнь

свою ладить. Вот буду начальником, тогда и посмотрим…

— Что

посмотрим? – переспросил Петр.

Но Николай не

ответил, взглянул лишь молча на друга и поджал губы…

Вскоре

действительно устроил Петра отец к себе на МТС слесарем-ремонтником. Не ахти,

какая синекура, но работать под отцовским крылом было легко, тем более, когда

весь заработок тратишь на себя.

в Гусинец другу обновку показать...

По деревне шел

Петр важно, смахивал пылинки с добротного двубортного пиджака и платочек в

кармашке нагрудном оправлял. По сторонам от важности почти не смотрел, лишь

искоса в те дворы, где, знал, девицы молодые водились. Так павой гордой и вошел

в избу к товарищу своему.

Николая не

было, а мать его кинулась навстречу, захлопотала, молоко, творог на стол

подала.

— Костюм вот

купил, — похвастался Петр, — в Пскове в универмаге.

— Красавец ты у

нас, - улыбнулась женщина, - парень хоть куда.

Вернулся

Николай. Петр протянул руку и тут же не удержался похвастать насчет обновки.

Николай смерил друга взглядом и сквозь зубы процедил:

— Не слепой,

вижу. Всей деревни, наверное, растрезвонил? Сияешь, как тот масленый блин.

Вырядился, как секретарь райкома.

— Да что ты,

сынок? – всплеснула руками мать. – И ты купи себе такой же.

— Ни к чему мне

— отрезал Николай и как-то не по доброму взглянул на товарища…

Да, не

заладилось у них чего-то в этот раз. И вечером, когда на танцы шли в Изборск,

больше молчали. Петр пылинок с костюма уж не стряхивал, да и платок в боковой

карман переложил, а Николай отчего-то напялил заношенный отцовский пиджак, хотя

свой имелся неплохой.