Рейнджер

Хам уже оклемался и начитывает очередную гадость. Что у него в руке? Камень?!

– Убей его!

Не хочу. Он должен жить. Твою! Камень боли раскалывается, и хама окутывает пелена смерти, боли и ужаса.

Бурвязнет в этом мареве.

Таранвызывает лишь мелкую рябь на ее поверхности.

– Дов…

Нет. Мне нужен ближний бой. Шаг вперед. Я около марева смерти. Проф, сейчас я испробую одну нашу новинку, и этот гаденыш останется живым. Второй шаг. Я вхожу в марево. Заложники за моей спиной обезумели от страха. Я ничего не слышу, кроме единого вопля ужаса.

Третий шаг. Я полностью скрылся в пелене.

Пуховиктрещит от невероятных нагрузок и готов сломаться. Хрен тебе. Выдержишь. Еще шаг вперед. Я вижу инвалида.

Тесак

[20]сносит ему правую руку. От

тесакане существует защиты. Посох мага отлетает в сторону. Марево вокруг фигуры бледнеет. Хам – ручечник и вербалист. Вот почему он смог работать после выписки ему больничного листа. Я не заметил посоха. Клайд сносит левую руку хама, а айдал вонзается в живот. Крик отшельника перебивает вопли заложников.

Еще не все закончено. Я опустился на колени и вонзил кинжал в раскрытый рот хама. Провернул и вытащил клинок. На пол пещеры упала частица плоти. На пол пещеры упал язык адепта. Я достал флакон иноина и залил эликсиром раны хама. Вот теперь все. Здесь все, но нужно поинтересоваться делами туристов. В первой пещере еще остались четыре слуа. Если туристы не получили моего сигнала, то твари наверняка сейчас будут здесь. Я подобрал мечи и встал на ноги. А все-таки

тесак– отличная штука. Одна проблема: это плетение использует воду твоего тела. Как проф смеялся, когда я хотел назвать эту разработку «

бензопилой».

– Спасайся, брат! – Одиночный крик слегка разрезал общий хор воя заложников.

Не понял. Я на секунду отвернулся от дверного проема и повернулся обратно. Что я там видел? Один заложник, рейнджер судя по всему, с ужасом смотрел на серое марево. Почему? Оно почти рассея… Твою. Марево не рассеялось. Оно начало концентрироваться в тысячи маленьких игл, и они все направлены на меня.

Так,

бахрома, вперед.

– Спасайся, – опять крикнул мне рейнджер. – Сначала это убьет тебя, а потом всех остальных. Мы обречены, а ты можешь убежать.

– А почему иглы будут сперва убивать меня? – крикнул я, не отводя глаз от дверного проема.

– Ты последний, кто зашел сюда, – вычленил я голос рейнджера из общего шума. – Ты последний, кто оказался рядом с темным магом. Иглы убьют тебя и растворят твою плоть.