Рейнджер

Вопрос: от кого? А насчет алхимика – так отдам Лагу Чудаку. В кои веки я не буду у него покупать готовый продукт, а буду просто брать.

– Далв, – начал Ронк, молчавший все это время, – кто ты такой?

– Рейнджер, который не хочет широкой известности, – ответил я. – Кстати, надеюсь, что наличие у меня индивидуального портала и кольца жизни так и останется неизвестным широким слоям общественности.

– Слово.

М-да. Хор имени Пятницкого, состоящий из пяти егерей, Пата, Изара, Ронка и Лорака. Они наверняка раньше тренировались вместе.

– Пат, – обратился я к святоше, – у меня во время боя с бхутом возникла одна странность.

– Всего одна? – хмыкнул он.

– Остальные понятны, – улыбнулся я. – А вот эта – нет. Я услышал голос той, кто был мне дорог и кто умер год назад. Что ты мне можешь сказать по этому поводу?

– На тебя сошло благословение? – насторожился Пат.

– Нет, – ответил я.

Пат расслабился:

– Ты не слышал той, которая умерла. Я понимаю, кто это мог быть, и они все наверняка на небесах. Они все наверняка находятся под покровительством Создателя. Иначе не может и быть. Это другое.

– А если бы это было то? Это опасно? – осведомился я.

– Нет, – покачал головой Пат. – В таком месте приоткрытая дверь туда – это смертельно опасно.

Вот это да! Пат сегодня предельно откровенен. Один его тончайший намек на двери чего стоит. То, что он знает о смерти волчиц, меня не удивляет. Пат – церковная шишка. То, что он знает таинства и то, как происходит подобное общение, тоже понятно. Кому, как не ему? Он наверняка почти святой. А может быть, и без почти. Тогда что это было?

– А что произошло после общения с голосом? – полюбопытствовал Изар.

– Я быстро вытащил козырь – магический козырь, который помог мне справиться с бхутом, – ответил я.

"Пат и Изар с недоумением переглянулись, а меня прошибла волна понимания. Блин. Я баран. НАТА. Хо… Стоп. Я протянул свои руки к почти погасшему костру. Повезло. Холод только начал зарождаться. Я смог его остановить и прогнать. Я кретин. Девчонка стала моим ассоциативным маркером. Девчонка стала символом холода. Колар пытался сделать нечто подобное со мной, но у него не получалось. Я сам сделал это с собой.