Рейнджер

У меня важный производственный процесс.

– А зачем? – поинтересовался я, вновь захватывая в плен ее губы."

"Тем временем мои руки привели в полнейший беспорядок верхнюю часть одежды Алианы. Ее куртка распахнулась, жалобно вскрикнув последними оторванными пуговицами. Теперь наслаждаться верхними прелестями девчонки мешает только кожа моих перчаток и ее тонкая рубашка. До бюстгальтеров здесь не доросли. Так, у меня мало времени. Девчонка стоит статуей. А кто меня будет бить по морде? Ведь я же чувствую, что ты хочешь это сделать.

С каждой секундой это желание у тебя нарастает. Что мешает проявить свои чувства? Не стесняйся, тут все свои, а скоро будут чужие. А если приласкать тебя погрубее? Сказано – сделано. А если еще и рубашку порвать, то… Блин!!! Я отскочил от девчонки. Предупреждать надо, что ты на такое способна. Я быстро достал флакон иноина и начал обрабатывать свою окровавленную губу. Что говорить, укус у девчонки поставлен! Чувствуется, что опыт лишения навязчивых ухажеров различных частей тела у Алианы есть. Я об этом догадывался, но зачем со мной-то так жестоко? Садистка и жестокая стерва. Я для чего не держал твои руки? Для чего я шлем снял? Съездила бы мне по морде, расцарапала бы ее, как хотела раньше. У-у, высокородные замашки, одно движение зубками – и все. Блин, как больно.

– Успокоился? – поинтересовалась Алиана, запахивая куртку и застегивая чудом уцелевшие пуговицы.

М-да. Передо мной находилась герцогиня, а перед дочерью короля находился серв.

Великолепно. Забылся серв-заключенный, который работает золотарем в городской тюрьме для мелких воришек, нищих и убогих.

– А такая есть?

Судя по ее взгляду, в королевстве Мелор не только есть, но и процветает. Золотарь сбивается с ног и весь покрыт отходами производства. Интересно, а как я умудрился оттуда сбежать? Поменял приличную работу на черт знает что. Отличная маска, но меня ею не обманешь. Внутри тебя вулкан. Это видно по глазам. Теперь к физическому неприятию клиента и эмоциональной враждебности нужно добавить ненависть.

Работаем. Нельзя, чтобы ее чувства ко мне остыли.

– Да не очень-то и хотелось, – процедил я, окидывая Алиану презрительным взглядом. – Ты так радовалась, что я решил доставить тебе еще одно удовольствие. Наверняка я был бы первым, кто трахнул тебя просто так, а не из-за того, кем является твой отец.

Кипящая лава ярости стала покрываться ледяной коркой ненависти.