Развод. Точка. Нет

Однако узнав, что Кир — следователь, а не проходящий наблюдатель, засуетилась и сменила тон, пообещав, что немедленно разберётся, а всё сказанное примет к сведению и больше не отпустит детей на прогулку без воспитателя.

— Знаешь, она так ничего не поняла, — развёл руками муж. — Разве дело в том, что дети гуляют без сопровождения взрослых? Дело в том, что они воруют, избивают тех, кто не подчиняется, и занимаются вымогательством — этого бедная женщина понять не может. Придётся принимать другие меры. Вот что: натравлю — ка я на неё прокуратуру.

Я кивнула и быстро протараторила:

— Кир, может, не надо, пока понаблюдаем, как будут развиваться события? — И замолчала, помешивая сахар в кофе.

Муж вскинул на меня непонимающий взгляд, пришлось рассказать, что пригласила Стёпу на выходные, потому конфликты с директрисой не нужны.

Кир вздохнул:

— Так и думал, что ты теперь не оставишь парня.

— Жаль его.

— Понимаю, но ты должна знать, что бюрократы изрядно потреплют нервы, ибо нужно собрать кучу документов и в опеку, и в детский дом. Вряд ли получится справиться за пять дней. — Я предполагала, что придётся повозиться, но не настолько. Некоторые документы у меня были на руках: справка об отсутствии судимости, о состояния здоровья, но ещё работники опеки должны были составить акт наших жилищно-бытовых условий — об этом я не знала, думала, это нужно только в том случае, если оформляешь опеку.

Я сначала хотела обидеться на его ироничную фразу — «наиграешься в добрую тётушку», однако задумалась, ибо в чём-то Кир был прав: что если малыш привяжется к нашей семье и захочет большего, чем просто походы в гости? Что тогда?

С другой стороны, я плохо знаю характер Стёпы, ибо три с лишним месяца занятий по два раза в неделю — ни о чём.

А если мы не сойдёмся, как это тривиально не звучит, характерами? Слишком много вопросов.